antizoomby (antizoomby) wrote,
antizoomby
antizoomby

Categories:

Трамп, расизм и иммиграция.


В середине августа я получил огромное удовольствие от встречи с Маргарет Кимберли на обеде в центре Манхэттена. Кимберли – редактор и главный обозреватель Black Agenda Report, член Соединённой национальной антивоенной коалиции и координационного комитета Чёрный альянс за мир. Её работы публикуются и в других местах, включая CounterPunch. Я долгие годы являюсь поклонником Кимберли и её статей, поэтому был рад сесть с ней за один стол. Наша беседа касалась многих тем, включая политику, СМИ, технологии, социальные перемены, историю и будущее.

Коллибри терре Сонненблюм: Как вы относитесь с тому, что некоторые люди, включая известных политологов, говорят, что Трамп – худший президент всех времён?
Маргарет Кимберли: Это означает, что он им не нравится. И это всё. «Худший» - что это значит? Он напал на другую страну? Посмотрите, что они сделали. Как они реабилитировали Джорджа Буша. В зависимости от той статистики, в какую вы верите, он убил минимум полмиллиона человек в Ираке. Возможно, миллион. Но Трамп хуже? Возможно, до ухода из своего кабинета, он ещё сделает что-нибудь настолько же ужасное, но сейчас он не худший.

КтС: Ещё нет. Мне кажется, это показывает очень мало…
МК: Это показывает, что они предвзяты. Они даже не любят его не по тем причинам, по которым его нужно не любить. Трамп был для них опасен, и они шпионили за ним во время выборов, потому что он говорил о конце неолиберального консенсуса. Теперь он – не мирный кандидат, но даже его слова о необходимости улучшения отношений с Россией, или «я не вошёл бы в Сирию», или «эта торговая сделка плохая» - он подрывает всё, от чего они зависят. Это не делает его хорошим, зато он опасен для них, и поэтому он им не нравится. Они не любят его не потому, что он – расист.

Он – проблема для чёрного народа. Плохо, когда явному расисту предоставляют голос и доверие. Это всегда плохо для нас. Я знаю людей, которые говорят, что предпочитают явного, а не скрытого расиста, потому что видно, кто это. Но я не согласна с этим. Считаю, всегда опасно, когда они чувствуют свободу. Потому что они становятся смелее. Вот почему мы получили Шарлоттсвилль в прошлом году. Это очень опасно для нас. Но говоря так, демократы подразумевают: «мы не такие». Это похоже на: мы не такие явные расистские вруны, не так ли? И это всё?

КтС: Что вы думаете об идее демографического изменения США, когда в обозримом будущем белые перестанут быть большинством в стране, может через пару десятилетий, то что мы видели здесь от групп, которые понимают, что они проигрывают?
МК: Думаю, это одна из причин избрания Трампа. Вот почему так много антипатии к иммигрантам. Думаю, вы видели новости о родителях его жены, получающих гражданство.
КтС: (смеётся) Да, видел.
МК: Разве это не «цепная миграция»? Она привезла своих родителей. Это не о «иммиграции», это об иммиграции всех со смуглой кожей. Вот о чём это. Поэтому они в ужасе. Нам будет сложнее. Всё будет хуже.

Бедность и пропаганда.

МК: Мало кто скажет, насколько бедны американцы. Но все настойчиво говорят о «среднем классе» - бессмысленном мифическом термине. Американцы бедны. Проще некуда. Есть рост рабочих мест, но это низкооплачиваемая работа. В моём детстве, большую часть моей жизни, главным работодателем была General Motors. Работа за прожиточный минимум. Профсоюзы, пенсии, пособия. Теперь главный работодатель – Walmart. Что это значит?
КтС: Они заставляют своих сотрудников подавать заявления на государственные пособия, потому что они не платят им достаточно, чтобы позволить себе еду.
МК: Думаю, по мере ухудшения всего, боюсь, мы увидим ещё худшее: массовые расстрелы и прочее. Не удивлюсь. Многие люди расстроены, потому что не могут рассчитывать на самое необходимое. Им нужен самый слабый толчок… После массового расстрела в Лас-Вегасе Глен Форд правильно написал, что люди в этой стране не солидарны. Повсюду враги. Трудно проявлять солидарность в колониально-поселенческом государстве, потому что каждый – твой враг.

Поэтому я думаю, мы увидим регресс. Вот почему у нас есть законы «стою на своей земле» и люди, желающие получить все виды оружия, так как они очень напуганы. И по-другому они не могут справиться. Им не рассказали о другом способе справиться. Большая проблема для американцев – нам говорят, что у нас лучший из всех возможных миров. Здесь нет альтернативы. Больше ничего нет. Нет других стран… Я хочу сказать, просто идите в Канаду. Просто идите на север. Они всем дают медицинскую помощь. Но людям говорят, что у нас лучшая в мире медицинская система, хотя это не так. Продолжительность жизни занимает 30-е место в мире, или около того. Т.е. у нас «лучшая», «удивительная», «единственная» система, но она не работает. Что же делать?

КтС: Потому что она основана на конкуренции, а не на сотрудничестве.
МК: Конкуренции и превосходстве белой расы. Итак, вы – белый человек, ожидающий, что получите всё от жизни, но не получаете. Но вы не объединяетесь с другими людьми, чтобы изменить ситуацию. Все остальные – ваши враги. Поэтому я думаю, к сожалению, мы увидим намного худшее и опасное поведение. Мне жаль это говорить.

КтС: Одно из моих разочарований: я надеялся, что когда изберут Трампа, возможно, произойдёт возрождение антивоенной мысли, потому что люди могут сказать: «О, посмотрите, что он делает, давайте выступим против этого». Великолепно! Я даже думал: «Ну ладно, может быть я даже готов держать рот на замке о том, как ты против войны, хотя ты молчал, когда Обама вёл восьмилетнюю войну, ну ладно, отлично, по крайней мере, сейчас ты против войны». Но чувствую, что ничего этого не вижу. Нет возрождения пацифизма. В чём дело? Почему всем всё равно?

МК: Думаю, крепкое основание антивоенного активизма по поводу Ирака было, потому что президентом был Буш. Прежде всего, потому что он был республиканцем, а не демократом. И потому что он отправил войска США. Мало кто против интервенций США. Так что, если вы можете разрушить такую страну как Ливия без отправки американских войск, и можете заплатить джихадистам, чтобы они сделали это (как и произошло), американцев это не сильно волнует. Пока не отправите американцев туда, где их могут убить, всем наплевать. Поэтому используйте джихадистов как посредников. Или беспилотники. Или санкции, которые тоже – военное оружие. Легче скрыть, и людям всё равно. Американцы – самый оболваненный народ на планете, но они сильно обидятся, если вы скажете им это.

КтС: (смеётся) Да, так и будет!
МК: Если всё, что вы знаете о России – из New York Times и Washington Post, вы ничего не знаете о России. Просто для примера: Украина. Президент Украины, Янукович, был избран. США устроили переворот против избранного президента, чтобы поставить на его место неонацистов. Но Путин – злодей? Трамп прав: Крым более русский, чем украинский. Когда он сказал: «Ну, они больше говорят по-русски», на самом деле, в этом случае он был прав. Но это было отклонено. «О, он просто слушает Путина». Нет. Посмотрите. Крым – более русский, поэтому они проголосовали за присоединение к России, а не к Украине.
КтС: 80% или больше.
МК: Я уверена, что большинство. Зачем, если вы русскоязычный, вам нужно жить на Украине, которая запрещает обучение на русском языке, помимо всего прочего? Вам это не нужно. Но никто этого не знает.

КтС: Факты здесь не важны. Не помню, кто сказал, но кто-то сказал, что политика – это не факты, а эмоции. Именно это мы и видим. Демонизация этого человека, о котором я не могу сказать достаточно плохого: Трампа, но эта демонизация – часть системы. Поправьте меня, если я неправ, но я чувствую, что в прошлом году, когда мы подошли к выборам, т.е. уже два года назад, было небывалое ранее, когда все СМИ выстроились позади одного кандидата – Хиллари. Действительно, кажется большая часть СМИ, и все важные (Times, Post, CNN), были откровенно на её стороне, хотя раньше они притворялись, что не находятся на чьей-либо стороне. Кажется, такого я не видел.
МК: На самом деле, я видела такое пару раз. СМИ поддерживали Клинтона в борьбе с Бушем. Они были разделены между Гором и Бушем. Я чувствовала много антипатии к Гору. Они предпочитали Обаму Маккейну. Забавно, людям всегда нравится говорить (фанатам Обамы), что у него не было скандалов. Если у президента нет скандалов – это значит, что пресса его покрывает. Если бы они по-настоящему делали свою работу, было бы несколько скандалов.

Упадок демократов.

КтС: Тридцать лет назад, в 1988 году, были первые выборы, на которых я смог голосовать. Я учился в колледже в Миннесоте, и у Демократической партии там проводились партийные собрания вместо предварительных выборов, и я пошёл на выступление Джесси Джексона. Конечно, его не выдвинули на президента. Он призывал к компенсациям за рабство! Это невероятно. Удивительно, как они упали за тридцать лет. Сандерс – не Джесси Джексон. Ничего похожего.
МК: Конечно! Забавно, как далеко вправо сдвинулись демократы. Неверно, что Сандерс - социалист, нет, он - демократ старой школы. Сорок лет назад все демократы говорили, как он сейчас. Это не социализм. Он просто демократ с небольшой долей реформизма. Но даже это обрушивает на него анафему. Они сделали его козлом отпущения: о, если бы он не выдвигался против Хиллари! Так что вы совершенно правы: нынешние демократы таковы – якобы левые демократы, которые остаются членами Демократической партии, теперь они похожи на умеренных республиканцев прошлого. Серьёзно. Они – республиканцы, которые выступали за право на аборты. Вот и всё.

КтС: Джексон призывал к сокращению военных расходов, и я считаю, что Мондейл призывал к этому же. Возможно, ещё Дукакис, но затем это исчезло.
МК: Помните, как Дукакис катался на танке (смеётся). Вы правы. И Берни не против войны. Он скажет что-нибудь умеренное, типа: «палестинцы заслуживают уважения», потому что больше никто о них вообще ничего не говорит, кроме расизма. И они говорят: «О, он сказал, что поддерживает палестинцев». Нет, он не поддерживает, он не против войны. Он только сказал о беспилотниках: «О, мы используем их слишком часто», или что-то в этом роде. Он активно участвовал в шоу о русском вмешательстве. Он настоящий империалист. Единственное положительное в нём: он за некоторые улучшения некоторых внутренних вопросов. Но он далёк от прежнего левого крыла Демократической партии.

КтС: Нельзя сказать, что Берни говорил о бесплатном образовании или расширении медицинской помощи за счёт сокращения военного бюджета.
МК: Совершенно верно. Не может быть и то и другое вместе.
КтС: Мы не сможете ничего сделать, пока не сократите военный бюджет.
МК: Эти демократы, включая чёрных политиков, будут долго говорить. Они скажут: не сокращайте социальные программы, но затем они проголосуют за увеличение военного бюджета. И ещё одно раздражает меня в них. Они всегда говорят: Трамп ужасный, Трамп мерзкий, Трамп ведёт к апокалипсису, он антихрист. Но он говорит: давайте увеличим военный бюджет на 10%, и большинство демократов поддерживает его. Значит, они не ненавидят его. Если бы у него были лучше манеры, они бы пошли за ним. Когда он нанёс ракетный удар по Сирии, демократы хвалили его.

КтС: Я помню это. Я был в южной Калифорнии, когда нанесли этот удар, я взял газету LA Times с каким-то громким заголовком, не помню его точно, но они описывали этот удар по Сирии, как какую-то интересную игру, чего не было, начиная с нападения на Ирак.
МК: Да. Там нет американцев, и они демонизируют Асада, называя его убийцей, не говоря, что поддерживаемые США джихадисты, которые отрезают людям головы, разрушают эту страну. Не было бы сирийских беженцев, если бы США не решили напасть на Асада. Это часть неоконсервативного проекта «Нового американского века». Избавление от светских арабских государств. Сначала они убили Саддама Хусейна, затем Каддафи, а Асад стал следующим. И Россия не всегда поддерживала Асада. Путин был готов пихнуть Асада под автобус, но Обама не пошёл на компромисс. Они готовы были согласиться с разделением Сирии. Они говорили: «Асад должен быть президентом, но мы можем говорить, мы можем договориться». А затем случилась Украина, и они поняли: «Американцам совершенно нельзя доверять».

Россию и Китай можно обвинять за Ливию. Как постоянные члены Совета Безопасности, они могли наложить вето на резолюцию о «бесполётной зоне». Но они позволили этому случиться. Они заключили что-то типа сделки: вы не голосуете против меня, я не голосую против вас. Бог знает, что за гадость они сделали. А затем они поняли, что всё испортили. Поэтому они не присоединились к Совету Безопасности, когда дело дошло до Сирии, потому что поняли, что они проиграли в Ливии. Они поняли, какая катастрофа обрушилась на эти страны. Помню, как Кадаффи сказал однажды: «Если я упаду, Европа станет чёрной». Тогда я сказала: «Что за странные слова!» Я не поняла его, но ливийское правительство сдерживало мигрантов от пересечения Ливии.
КтС: Я тоже не понимал это.
МК: Меня очень огорчает, что африканские страны находятся в настолько печальном положении, что люди рискуют стать рабами, покидая свои дома и направляясь в Европу, в надежде подметать улицы.

Миф о «величии», Никсон и окружающая среда.

КтС: Я чувствую, что мы живём в эпоху, когда всё становится хуже. И думаю, когда дело доходит до климата, ну, с научной точки зрения, это так. Но в социальном смысле, это хуже, или всегда было так плохо? Я думаю, с точки зрения коренных американцев, плохо было в течение 500 лет. Эта страна никогда не была «великой»…
МК: Возможно, до 1491 года (смеётся).
КтС: (смеётся). Верно. Видимо, это миф – когда либералы верят, что США когда-то были лучшим местом.
МК: Если они говорят о времени, когда хорошо было для среднего работника, то да. До намеренной деиндустриализации страны и уничтожения рабочих мест с приемлемой зарплатой, да жизнь была лучше. Тогда большинство людей (белых людей) могли на что-то надеяться в жизни. Для них это были лучшие времена. По иронии, это было лучше и для нас. Но когда началось освободительное движение, они сказали: «Ах, так? Вы не хотите оставаться на своём месте? Мы можем избавиться от сегрегации. Мы можем просто так сажать вас в тюрьму».

И они сделали это под предлогом «войны с наркотиками», а затем и без всяких предлогов. Чёрным людям стало хуже. Теперь мы знаем, что значит лучшая жизнь для большинства белых, и что значит для нас. Мы знаем, что это две разные вещи. У нас была меньше безработица, лучшая работа. Моя семья родом из Среднего запада, и поколение до меня зарабатывало больше. У них была хорошая работа, но когда я приезжаю в Огайо, то слышу: «Там был завод GM, но он закрылся. Там был завод Frigidaire, но он закрылся. Там был завод Delco, но он закрылся». Нет работы с зарплатой на уровне прожиточного минимума. Раньше для чёрных всегда были государственные рабочие места. Теперь и от них избавляются. Поэтому для нас было лучше, но окончание освободительного движения совпало с неолиберальным экспериментом. Поэтому, когда люди говорят о лучшей жизни, я их понимаю.

КтС: Они просто говорят о том пузыре процветания, который был после Второй мировой войны до конца 60-х – начала 70-х.
МК: Верно. И забавно, как люди говорят об этом: «У нас была хорошая работа, и нашим жёнам не нужно было работать», и это было очень патриархально. Мужчина приносит домой бекон, а женщина не должна работать. Я спрашиваю: «Что такого ужасного в работающих женщинах?» Но, в любом случае, эта часть фантазии кажется мне интересной. Я думаю, что люди считают страну великой, когда их жизнь была хорошей. Их личная жизнь была лучше. Ожидания были выше.

КтС: Но в тот же период, в 50-х и 60-х, федеральное правительство пыталось избавиться от легального статуса множества индейских племён. Поэтому многие коренные американцы проиграли тогда, и продолжают проигрывать. Были противоречивые политики, когда они пытались заставить народы отказаться от своих земель. Это было при Никсоне и других людях. Это был обворожительный человек.
МК: Он был сложным. Он и демократ Даниэль Патрик Мойнихан предлагали… не минимальный уровень зарплаты…
КтС: минимальный доход.
МК: Да.

КтС: Хомский называл Никсона последним либеральным президентом, потому что он принял Закон о чистом воздухе, Закон о чистой воде и Закон об исчезающих видах. Сейчас ото всего этого отказываются. Это меня очень сильно разочаровывает. Последние 18 лет я прожил на Западном побережье, и мог много времени проводить в лесах и пустынях. В 2000-х я участвовал в некоторых кампаниях посадки деревьев.
МК: Правда?

КтС: Да, таким образом, я разбираюсь в этом. Я видел древние леса, деревьям там по несколько сотен лет и их высота сотни футов. На Востоке нет ничего подобного. Нам нужно отправляться туда, чтобы увидеть это. Это просто потрясающе. Но защита окружающей среды в этих местах, которая всегда была очень слабой, теперь быстро откатывается назад. Но все кричат только: «Россия! Россия! Россия!» Да подождите, уничтожается Закон об исчезающих видах, и мы лишимся животных и растений!
МК: Верно. И что они говорят? У нас нет другой планеты.
КтС: Так?
МК: Но мы забываем, что защита окружающей среды возникла благодаря активизму. Я помню первый «День Земли». Это было где-то в 1970 году, мне было 10 или 11. Миллион человек протестовал на Манхэттене. Они выступили против «грязной дюжины» Конгресса. Вот почему Никсон сделал это. Вот почему есть Агентство по охране окружающей среды. Никсон и его чиновники боялись за свою политическую судьбу.

Смартфоны против солидарности.

МК: Сейчас многое произошло. Люди ошеломлены, им долго лгали, поэтому они не знают, что происходит. Думаю, виновны технологии, я редко говорю, как я зависима от сотового телефона, и такие вещи могут ошеломить нас и отвлечь от реальности. Из-за технологий и интернета вы можете многое сделать без помощи других людей. Недавно я говорила о туристических агентствах. И мне сказали: «Не могу вспомнить, когда я обращалась в турагентство в последний раз. Может быть, в 90-х». Теперь я могут заказать билет в любую точку планеты, и мне не нужно ни с кем разговаривать. Я могу это сделать в пижаме и тапочках, сидя дома за компьютером. Купить билет на самолёт, забронировать гостиницу и прочее. Банки: я помню, у меня была квитанция, и мне нужно было оплатить её, но я не хотела идти в банк. Я вспомнила, что у меня есть приложение в телефоне, и смогла оплатить по нему. С тех пор я перестала ходить в банк. И мне не нужно разговаривать с другими людьми по этому делу. Такие вещи отрезают нас друг от друга.

КтС: Думаю, из-за смартфона, который был придуман 11 лет назад, произошёл огромный и неожиданный культурный сдвиг. Люди просто ныряют в него, без какого-либо сознания, и лишь немногие обращают внимание на то, что происходит.
МК: Ага. Это приводит к зависимости. Например, сегодня утром я очень рано проснулась, так как у меня были важные дела. Но вместо их решения, я взяла телефон и пошла в социальные сети. «О, один написал такое, другой написал эдакое, мне нужно ответить на всё это». Но это похоже на управление мозгом. А затем, мне пришлось спешить, чтобы добраться сюда.
КтС: На них работают психологи, чтобы вызывать зависимость.
МК: Я чувствую, что если я действительно не хочу этим пользоваться, я должна убрать это подальше. Я сижу в гостиной и говорю: «Ладно, хватит телефона». Тогда я должна встать и отнести его в спальню.

КтС: Но вы продолжаете думать об нём.
МК: Да, но если я не думаю об этом, или если я скучаю… Но если я общаюсь с кем-то, я не собираюсь доставать телефон. Но я знаю людей, которые не могут остановиться, даже когда они разговаривают с другими людьми.
КтС: Да, это странно, не так ли?
МК: Да, так и есть. Так или иначе, мы живём в стране, которая всегда в своей истории действовала против солидарности. Хотя она у нас была. В прошлом. Мы должны помнить это. Люди были солидарны, действовали и работали вместе. Но это движение было подавлено. Мы не должны забывать это. Операция COINTELPRO сокрушила движение за права человека. Они убили лидеров. Они посадили Пантер. Они разогнали Чёрных Пантер.

Мы забываем, что это было намеренно уничтожено, и даже если вы в сознании и хотите этого, вы должны бояться: «Что будет со мной, если я поднимусь? Меня отправят в тюрьму? Меня выгонят с работы?» Вы знаете. Так работает система, чтобы разъединить нас. Поэтому нужны особые усилия, чтобы подумать о том, как работать вместе. И я с отчаянием вижу, что люди менее склонны к общению с другими. Они менее склонны к мыслям о том, что лежит вне их обычной сферы. То же самое происходит во всём мире, и немногие люди знают, что происходит в мире. Посмотрите на Англию. Что они делают с Джереми Корбином. Он не социалист. Он просто не правый. Тони Блэр был лейбористским Биллом Клинтоном или Обамой. И Корбин, кажется, серьёзно относится к лидерству в Лейбористской партии, и они нападают на него. Каждый день появляются заявления, что он антисемит. Они используют это для его демонизации. Но это происходит по всему миру.

Выборы 2016 года, Партия Зелёных и владельцы СМИ.

КтС: Если вы хотите знать, почему демократы проиграли в 2016 году, вы можете почитать, что написал Грег Паласт…
МК: Он писал это несколько лет…
КтС: Да верно.
МК: Предварительные бюллетени выброшены. У кого обычно предварительные бюллетени? У чёрных. Затем они начинают с подавления избирателей, перекрёстной проверки и тому подобного, но даже это не подавление. Например, они говорят, что Трамп победил в Мичигане с перевесом 10 тыс. голосов. Во Флинте и Детройте были неисправные машины для голосования, это означает, что голоса чёрных – около 70 тыс. – не были засчитаны. Просто не были учтены. Наверно, победила Хиллари. Она, скорее всего, выиграла голоса выборщиков и народные голоса. Но демократы не говорят об этом. Журналист Глен Форд назвал это «джентльменским соглашением». Демократы, на самом деле, не хотят связываться с чёрными. Так устроена наша система, одна из партий – партия белых, в 50-х это были республиканцы. Демократы знают, что мы с ними, поэтому они боятся партию белых, стоящую у власти. Поэтому они не должны защищать нас. И чем больше они связываются с нами, тем большей непопулярности они боятся, отдаляясь от белых. Поэтому они ничего не говорят.

КтС: Думаю, попытка подсчитать те 70 тыс. бюллетеней была бы затруднена, если бы они захотели.
МК: А кто просил подсчитать? Джилл Стайн. И судья сказал: вы не имеет права, потому что не претендуете на победу. Если бы Хиллари Клинтон могла бы что-нибудь сказать, она бы имела право.
КтС: Я помню это. Я удивился, когда Джилл попросила пересчитать.
МК: Это было спорно. Были люди, которые не поддерживали это. Вице-президент Партии Зелёных Аджаму Барака открыто сказал, что не поддерживает это. Он сказал: это не наша проблема. Нас не должно волновать, если демократы скажут, что мы стоили им выборов. Мы должны создать другую партию. И я всё время говорю людям: все эти разговоры о третьей партии – наша система очень враждебна к третьим партиям. Нам нужно говорить о замене демократов и создании по-настоящему прогрессивной партии. Мне не интересны попытки сосуществовать с ними. Нам нужно избавиться от них. Они – проблема.

КтС: Правильно.
МК: Они – более опасная проблема, чем республиканцы, потому что они фальшивые. Они изображают из себя прогрессивную партию, инклюзивную партию, справедливую партию, партию мира, но это обман.
КтС: Они просто красиво говорят.
МК: Или просто говорят: «Посмотрите! Вы не хотите, чтобы Трамп был президентом? Посмотрите, какие они расисты!»
КтС: Как будто переворот в Ливии не был расизмом.
МК: Только задумайтесь. Они просто хотели чёрного парня. Вот почему им был нужен Обама. Ему многое сходило с рук. Когда я думаю о том, что сошло ему с рук, о чём никто ничего не говорит, просто потому что Трамп – явный расист, глупый и вульгарный человек. Но если вы знаете, как правильно использовать нож и вилку, и красиво говорить, никого не волнует, что вы делаете. Или очень немногих. Они ничего не говорят.

КтС: То же самое произошло во время правления Клинтона, когда подскочило массовое лишение свободы, началось сокращение социальных программ, был уничтожен закон о телекоммуникациях, приведя к кризису в СМИ, который мы теперь имеем...
МК: Вы про шесть корпораций?
КтС: Скоро будет пять, потому что Disney покупает Fox. Останутся пять, которые владеют 90% СМИ.
МК: Да вскоре останется одна.
КтС: (смеётся). Я считаю, пять – это одна. Вы понимаете?
МК: (смеётся). Они все – одно и то же. Это единая вещь.
Добавление: новостные отделения Fox выделятся в новую кампанию, не принадлежащую Disney. Но нужно понимать, что «развлекательные» отделения СМИ занимаются культурной пропагандой, которая эффективнее в поддержании болезней нашего общества.

Разложение и восстание.

КтС: Значит началось разложение?
МК: (пауза). Хороший вопрос. (пауза). Думаю, сложно предсказать будущее. Сложно предсказать, что произойдёт. Но есть некоторые тенденции, которые можно увидеть. Думаю, уровень жизни продолжит падать. Ничего не делается. Все говорят о парижских климатических соглашениях, которые Трамп решил не подписывать, но эти соглашения мало могли сделать. Наша жизнь продолжит ухудшаться, как и состояние планеты. Если люди не восстанут. Это всегда возможно. Или, если начнётся глобальная война. Недавно я писала об этом в Facebook: произошла бы Русская Революция без Первой мировой войны? Произошла бы Китайская Революция без Второй мировой войны?
КтС: Интересно.
МК: И я не знаю. Я знаю, что люди задумывались над этими вопросами. Я не знаю, нужна ли катастрофа, чтобы такие массовые движения достигли успеха. И думаю, что возможно. Я не хочу войны, потому что многие люди пострадают.

Социализм и Венесуэла.

МК: Нам постоянно говорят, что социализм не работает. Он терпит крах, и вы можете сказать, что социализм не работает. Поэтому вы мешаете людям задавать вопросы о социальном обеспечении, или о льготной медицине, или о любой помощи людям. Нам говорят, что это социализм, а социализм не работает. И они используют Венесуэлу. США разрушают Венесуэлу своими санкциями.
КтС: Никто не хочет говорить хорошее о Венесуэле. Все хотят быть против Венесуэлы.
МК: Потому что это ложь. Люди голодают в Венесуэле, и «во всём виноват Мадуро».
КтС: Виновны наши санкции.
МК: У Венесуэлы есть нефть, которую она не может продать. Я не знаю, знают ли люди, что такое санкции. Если США объявляют санкции стране, это не значит, что они не собираются вести с ней бизнес. Но те, кто хочет вести бизнес с США, не могут вести бизнес с Венесуэлой. Поэтому они не могут вести переговоры о своих долгах. Вы не можете отправлять деньги в Венесуэлу. Если вы решите отправить немного денег, чтобы помочь кому-нибудь купить еду, вы не сможете.

КтС: Ого.
МК: Т.е. другие страны не могут вести с ними бизнес, независимо от их состояния. И конечно, это разрушает экономику. Конечно. Потому что это нужно США.
КтС: Это очень печально.
МК: Да. Но послушайте, что они говорят: «Мадуро – назначенный преемник Чавеса». Но он был вице-президентом. Так устроено и в нашей стране. Если президент умирает, вице-президент занимает его место.
КтС: И он получил больше голосов на выборах.
МК: Они продолжают избирать его. Вот почему правительство США ненавидит их – люди настаивают на сохранении этого правительства. Но США делают подлости – вся оппозиция собралась вокруг одного кандидата против Мадуро, и США отговорили их от этого. Хотя они могли победить. Они просто хотят стереть их в порошок.

Американское богатство.

МК: Люди в США живут относительно хорошо, потому что другие люди живут плохо.
КтС: Процветание, которое многие любят прославлять, стоит очень дорого для людей и экологии. Всякий раз, как мы вытаскиваем ресурсы из земли, происходят ужасные вещи. И конечно, большинство людей не видит этого, и понятия не имеет об этом.
МК: Думаю, ещё достаточно людей, которые живут вполне хорошо, чтобы желать перемен. Ещё много работающих людей. Ладно, мне нужно найти соседа по квартире. Ладно, мне нужно найти работу. Так они думают. Ладно, жена выйдет на работу. Ладно, придётся пожить с родителями. И т.п. Но у них ещё есть варианты, ещё есть доход, ещё достаточно людей имеют медицинские страховки. Но когда многие люди начнут это терять. Я не знаю, это пугает меня. Это очень пугает меня.
КтС: Ну, в 2008 году было достаточно плохо для многих людей, но они вложили в систему достаточно денег, чтобы не дать ей рухнуть, но они не могут делать это бесконечно. Наступит момент, думаю, он наступит неожиданно.

Война и невежество.

МК: Единственное, что есть у США – это военная сила.
КтС: Которая очень ужасающа.
МК: Точно.
КтС: Всё это ядерное оружие… Многие страны не хотят связываться с США, потому что у них есть бомба. И мы знаем из истории, что они готовы использовать её. Они полностью готовы применить это оружие.
МК: И большинство американцев ничего не сказало бы, если бы они это сделали.
КтС: Верно.
МК: Это очень ужасно.

КтС: Это просто национальная особенность?
МК: Отчасти. Как была основана эта страна? Она была основана на эксплуатации. На завоевании. В эпоху процветания сегрегация была легальной. Расизм был в рамках закона. Некоторые люди имели богатство, потому что другие страдали. У нас создана целая система, которая заставляет страдать миллионы человек. Когда кто-то приезжает сюда, мы их ненавидим. Хотя мы уничтожили их страны. Не было бы сирийских беженцев, если бы США не разрушили Сирию. Или Гондурас. Это печально. Больше всего меня пугает невежество. Нехватка знаний. Читатели New York Times могут оставаться невежественными. Отчасти, они невежественны, потому что читают такие газеты или смотрят такие каналы как MSNBC. Забавно, когда люди считают себя активными, потому что слушают кого-то, с кем они согласны. Обама выигрывает, и консерваторы смотрят Fox News, который ругает его. Победил Трамп, и они перестают смотреть этот канал, поэтому их рейтинг падает. А демократы смотрят Рейчел Мэддоу, которая ругает Трампа, потому что согласны с этим. Просмотр кабельных каналов - это суррогат активности.

Есть ли перспектива?

КтС: Поскольку США остаются поселенческо-колониальным проектом, они остаются империалистической и расистской страной, с самого первого дня, есть ли какая-нибудь перспектива? Или суть этого проекта – жестокость, и он закончится жестокостью?
МК: Боюсь, что так. Он не закончится легко и безболезненно. Но он должен закончиться. Нужно избавиться от господства доллара. Но это может привести к безработице. Миллионы безработных, которые не знают другого образа жизни, не думают, что может быть другая система, они просто встанут друг против друга. (пауза). Боже, это звучит пессимистично. Я хочу с оптимизмом смотреть на наши шансы изменений.
КтС: Ну, мне интересна реальность, а не оптимизм или пессимизм.
МК: Но оптимизм тоже может быть реалистичным! (смеётся). Но я думаю, что многое станет хуже. Но мы должны быть там, чтобы говорить людям правду.


Источник: Trump, Racism and Immigration: an Interview With Margaret Kimberley, Margaret Kimberley, Kollibri terre Sonnenblume, Counterpunch, blackagendareport.com, October 03, 2018.

Tags: Венесуэла, История, Ливия, Россия, СМИ, США, бедность, война, демократия, депортации, идеи, империя, нацизм, неолиберализм, преступность, пропаганда, расстрелы, статистика, терроризм, тюрьмы, экология
Subscribe

Posts from This Journal “демократия” Tag

  • Необходимость ликвидации США.

    26 февраля я побеседовал с Аджамой Баракой. Барака - ветеран массовых общественных организаций, чьи корни уходят в Движение чёрного освобождения,…

  • Ноам Хомский о военной угрозе.

    Современные события разворачиваются быстрыми темпами. Сталкиваясь с тревожной эскалацией по всему миру, мы надеемся, что наши самые уважаемые и…

  • Капитализм и экологический кризис.

    Последствия наводнения 2021 года в Бельгии. Я много говорю о разрушении нашей окружающей среды глобальной системой, в которой человеческое…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments