?

Log in

No account? Create an account

Welcome to democrazy

zero fake, hoax, and propaganda - zero mainstream media


Previous Entry Поделиться Next Entry
Системный кризис капитализма.
antizoomby

Оригинальный марксистский мыслитель Самир Амин раскрыл нам устаревшую природу современного капитализма, глобального неравенства, империалистической экспансии и пессимистических капиталистических идеологий. Амин родился в Каире в 1931 году. В 1952 году он окончил парижский Институт политических исследований. В 1957 году он получил в Сорбонне докторскую степень за работу «Происхождение отсталости – капиталистическое накопление в мировом масштабе», а также диплом математического статистика во французском Национальном институте статистики и экономических исследований. В 1957-60 годах Амин работал в плановом департаменте Египта, но уволился, когда Гамаль Абдель Насер начал преследовать коммунистов. В 1960-63 годах он работал в Министерстве планирования Мали. В 1966 году он получил профессорское звание во Франции, и более 40 лет работал преподавателем в Сенегале. С 1980 года он является директором Форума Третьего мира и с 1997 года – председателем Мирового форума альтернатив.

Амин большую часть жизни провёл в так называемом «Третьем мире» или «глобальном Юге», поэтому он начал свои научные исследования с изучения отсталости этой части мира. Эту отсталость он связывает с капитализмом. Мировая экономика при капитализме характеризуется иерархией, неравенством и эксплуатацией - страны «Первого мира» или «глобального Севера» господствуют за счёт грабежа большей части мира. Для поддержки этой системы необходим механизм империалистического контроля стран Третьего мира. «Империализм – не стадия, не высшая стадия капитализма. Это способ капиталистической экспансии», - говорит Амин, который называет современный империализм, эксплуатирующий народы Третьего мира, «империализмом триады». Он научно доказывает, что мы сейчас живём в империи и все разговоры о том, сейчас нет империализма неосновательны.


Являясь одним из авторов теории независимости 1970-х, Амин раскрыл, как поток ресурсов из Третьего мира обогащает западные страны. Он называет эту экспроприацию ресурсов «империалистической рентой». Эта империалистическая эксплуатация стала главной причиной возникновения в XX веке народно-освободительной борьбы. Он надеется на возникновение в XXI веке такой же борьбы с глобальной финансовой монополией. Эра монополистического финансового капитала началась в 1970-х. Эта финансовая система возникла для противодействия застою капитализма. В 1971 году мировая капиталистическая система вступила в очередной длительный кризис, возможно, самый последний. По мнению Амина, в истории капитализма было два длительных кризиса: первый с 1871 по 1945 год, а второй начался в 1971 году. Он пришёл к выводу, что капитализм – «устаревшая социальная система».

Кризис устаревшей системы показывает, что социализм – единственный выход для человечества. Амин считает, что если нам повезёт выйти из этого «длинного туннеля», то только в социализм – в общество, которое стремится избавиться от «капиталистического наследия неравного развития». Амин написал много книг по различным темам, включая политэкономию, социализм, политический ислам и культуру. В 1988 году он опубликовал интересную книгу под названием «Евроцентризм». Отвергая господствующую евроцентристскую точку зрения на мировую историю, которая ограничено и неправильно описывает развитие мира от древнегреческой и древнеримской культуры до христианского феодализма и европейского капитализма, Амин раскрывает ключевую историческую роль арабо-исламского мира. Среди других важных книг Амина можно назвать: «Либеральный вирус» (2004), «Имплозия современного капитализма» (2013), «Закон всемирных ценностей» (2010) и «Конец кризиса капитализма или конец капитализма?» (2010). 86-летний Амин дал нам в Дакаре интервью о глобализме, монополистическом капитализме, неравенстве, роли государства при неолиберализме, фашизме в современном капиталистическом мире, подъёме левых, интернационализме, гражданских движениях, революционной борьбе, китайской экономической модели, современной политике в арабском мире, теории независимости и марксизме.


Вы называете современную глобализацию неотъемлемой частью монополистического капитализма. Что вы думаете об истории глобализации?

Глобализация – не новое явление. Это старый и важный аспект капитализма. Вам, индийцам, это знакомо лучше всех. Англичане завоёвывали и колонизировали вас с XVIII и до конца XX века. Это тоже была глобализация. Вы не хотели этого, но вас включили в глобальную капиталистическую систему. Колонизация – одна из форм глобализации. Но народ Индии боролся против этого и завоевал независимость даже под руководством, которое было не социалистическим и не революционным, а национал-популистским: Ганди и Неру. Партия Конгресса, основанная в конце XIX века, начала действовать в XX веке, завоевав независимость в 1947 году по двум причинам: во-первых, важнейшие части Индии (Пакистан и Бангладеш) были отделены от Индии – это колониальное преступление; во-вторых, благодаря широкому альянсу буржуазных и рабочих партий. После 1947 года началась другая форма глобализации. Эту глобализацию я называю договорной глобализацией. В 1955 году состоялась Конференция в Бандунге, в которой участвовали народы Китая, Индии, Индонезии и множества других стран. Прошло всего несколько лет после провозглашения независимости Индии, победы коммунистов в Китае и освобождения Индонезии от голландской власти.

Затем мы увидели другую форму глобализации. Сегодня принято говорить, что после Второй мировой войны глобализация была двусторонней – США и СССР, и эта двухполярность привела к Холодной войне. Это совершенно неверно. После Второй мировой войны началась договорная глобализация. Это не была американская или советская глобализация, это была глобализация множества партнёров, которые делились на четыре лагеря: 1) империалистический альянс США, Западной Европы, Японии, Австралии и Канады; 2) альянс СССР и Восточной Европы; 3) Китай, который хоть и был социалистическим, с 1950 года проводил свою независимую политику; 4) Движение Неприсоединения (ДН), которое сформировалось на Конференции в Бандунге, в него входили не только азиатские страны, но и недавно получившие независимость африканские страны.

Позднее к ДН присоединились португальские колонии, ЮАР, а также единственная латиноамериканская страна - Куба. Так у нас возникла многополярная глобализация, которая существовала благодаря договорённостям между этими четырьмя лагерями. С точки зрения народов Азии и Африки, империализм вынужден был пойти на уступки и согласиться с национал-популистскими программами Индии и других стран Азии и Африки. В это время уже не страны Третьего мира приспосабливались к потребностям глобализации, а империалистические страны были вынуждены приспосабливаться к требованиям этих стран. Это была глобализация на основе договоров между империалистическими странами, социалистическими странами, включая СССР и Китай, а также большинством остальных стран. Договорная послевоенная глобализация основывалась на трёх столпах. Первый – западный, существовавший в Европе, Северной Америке и Японии – система социального обеспечения, которая возникла благодаря победе рабочего класса в классовой борьбе в западных странах, а также благодаря победе над фашизмом в союзе с СССР.

Второй столп – разнообразные социалистические модели: советская, китайская, вьетнамская, кубинская. Третий столп – Индия эпохи Неру, а затем Индиры Ганди, а также Египет эпохи Насера, и многие страны Ближнего Востока и Африки, вставшие на социалистический путь. Эти три столпа развивались, и, достигнув своего исторического предела, рухнули. Некоторые разрушения были насильственными, как произошло в 1991 году с СССР. Страну не только разделили на 15 республик, многие из которых вошли в ЕС и НАТО, но капитулировала и западная социал-демократия. Я хочу сказать, что поражение коммунистов на Востоке – это не победа западной социал-демократии, это поражение социал-демократов, которые превратились в социал-либералов.

Сейчас в Западной Европе нет никакой разницы между социал-демократическим, социалистическим и традиционным правым правлением. Это всё социал-либералы. Это значит, что они согласны с политикой глобального монополистического капитала. Третий - наш столп тоже разрушился. В некоторых странах произошли путчи. В таких странах как Индия политика стала правой, поддерживающей либеральную глобализацию. То же самое было в Индии в эпоху Индиры Ганди и после её убийства. В Египте похожая история. После смерти Насера Анвар Садат заявил: «мы не имеем ничего общего с дерьмом под названием социализм и вернёмся к капитализму, к альянсу с США и другими». Китайцы изменили направление после смерти Мао и пришли к новой модели глобализации с собственной спецификой. Это не только специфика правящей Коммунистической партии, это и экономическая специфика. Огромная разница между Китаем и Индией состоит в том, что Китай совершил радикальную революцию, а Индия пока нет. Таким образом, у нас было много моделей. И разрушение этих трёх систем – социал-демократии на Западе, советской системы и нашей – обеспечило условия для усиления империалистического капитализма, который начал продвигать новую модель глобализации.

Каковы особенности новой системы глобализации, каковы её принципы работы?

Её продвижение связано не только с нашим поражением – поражением социалистов, коммунистов и национал-популистов, оно также связано с переменами в империалистических странах Европы и Америки. В монополистическом капитализме нет ничего нового. Социал-демократы Джон Хобсон и Рудольф Хильвердинг показали, что он зародился в конце XIX века. Ленин писал, что возникновение монополистического капитала означает, что капитализм превращается в рабовладельческий строй, и поэтому назрела необходимость социалистических революций. Действительно, все социалистические революции произошли на периферии глобальной империалистической системы. Начиная со самого слабого звена этой системы - России - полупериферии, до настоящей периферии - Вьетнама и Кубы. А на Западе этого не было. В США, Западной Европе и Японии не было социалистических революций.

Монополистический капитал прошёл через несколько этапов. Первый этап – с конца XIX века до Второй мировой войны. На этом полувековом этапе капитал носил национальный характер. Существовали различные виды империализма: британский, американский, германский, японский, французский и т.д.. Они не только завоёвывали и порабощали периферию, но и воевали друг с другом. Это выразилось в двух мировых войнах. Далее произошли перемены – внезапно, в середине 1970-х монополистический капитал на Западе вступил в новый этап, который я называю этапом обобщённого монополистического капитала. Капитал стал достаточно силён, чтобы перевести социальное производство на субподряды, это означает, что большая часть стоимости человеческой деятельности поглощается капиталом в виде империалистической ренты, что и происходит с нашими странами. При новой глобализации наши страны стали субподрячиками империализма. В Индии это заметно невооружённым взглядом. Посмотрите на город Бенгалуру. Он стал перспективным субподрядным регионом для монополистического капитала не только Британии и США, но и Европы, Японии и т.д..

Какие проблемы принесла эта глобализация странам глобального Юга?

Главная задача для нас – искать альтернативу. Мы должны освободиться от этой глобализации. Глобализацию нужно называть своим именем. Раньше это была колониальная глобализация. После нашей победы, после победы народов Индии, Китая и других стран наступила договорная глобализация. Теперь мы вернулись к либеральной глобализации, которая управляется США, Европой и Японией. Мы не должны смиряться с этой глобализацией. Не должно быть никаких иллюзий на счёт этой глобализации. Для африканских стран эта глобализация означает грабёж национальных ресурсов: нефти, газа, земли и т.д.. Для Индии и многих стран Латинской Америки и Южной Азии это означает использование дешёвой рабочей силы для обогащения империалистической системы. Такова стоящая перед нами проблема.

Джон Беллами Фостер написал, что у нас только две альтернативы: социализм или кризис капитализма. Вы считаете, что капитализм устарел. Конец капитализма на пороге? Что делает капитализм устаревшей системой?

Мы живём в эпоху системного кризиса капитализма. В середине 1970-х темпы экономического роста США, Европы и Японии упали в два раза, по сравнению с 30-летним периодом. Восстановления так и не произошло. Это означает, что кризис не только продолжается, но и ухудшается год от года. И заявления о выходе из кризиса из-за подъёма экономики в отдельных странах на 1% просто смехотворны. Это системный кризис – L-кризис. U-кризис – норма для капитализма, означающая падение и последующее восстановление. L-кризис означает, что система не может выйти из падения. Необходимы системные изменения, а не мелкие реформы. Мы достигли точки, когда капитализм переживает упадок. Но это очень опасное время, так как капитализм не будет спокойно ждать своей смерти. Он станет более диким, чтобы сохранить свои позиции и мировое господство. Это главная проблема. Я не понимаю, когда люди говорят: «сегодня вероятность войны очень высока». Война началась в 1991 году, после разрушения Советского Союза. Война началась в Ираке.

В Европе тоже произошла война во время разрушения Югославии. И теперь мы наблюдаем развал самой европейской системы. Это заметно не только по негативным результатам политики жёсткой экономии. Эти результаты негативны не только для людей, но и для самой капиталистической системы, потому что нет больше экономического роста, капиталистический империализм переживает упадок. В то же время мы видим политические шаги, которые не решают реальных проблем – например, Брексит, стремление Каталонии отделиться от Испании, и ещё множество подобных шагов, включая усиление ультранационалистических сил в Европе. Поэтому нет смысла говорить о предотвращении войны, поскольку война и хаос вписываются в логику распада системы.

Одно из важных и тревожных явлений неолиберальной глобализации – беспрецедентный рост неравенства. Такие экономисты как Томас Пикетти показали, что универсальный налог на богатство и прогрессивный подоходный налог смогут ослабить неравенство. Возможно ли такое решение при капитализме?

Это правильные, или, по крайней мере, лучшие исследования на данный момент. Однако, все исследования современного неравенства очень слабы. Необходимо объяснить причину повсеместного роста неравенства. Эта причина общая? Одинакова ли картина роста неравенства во всех странах? А если виды неравенства различаются, то почему? Например, доклад «Мировое неравенство» 2018 года, составленный Томасом Пикетти и другими экономистами, не делает различий между двумя видами неравенства: когда растёт средний уровень богатства населения и когда этот уровень падает.

В этом смысле очень важно сравнение Китая и Индии. В Китае рост доходов стал реальностью почти для всего населения, хотя для некоторых этот рост выше, чем для большинства. Неравенство в Китае сопровождается сокращением бедности. В Индии, Бразилии и большинстве стран глобального Юга картина другая. В этих странах большая часть роста доходов касается только меньшинства населения: от 1% в Экваториальной Гвинее до 20% в Индии. Но этот рост не касается большинства, которое продолжает беднеть. Общие показатели, типа коэффициента Джини, не отражают всей картины неравенства. В Китае и Индии этот коэффициент одинаков, но он не отражает существенных социальных различий.

Во-вторых, политические рекомендации этих исследователей ограничены и даже наивны. Прогрессивное налогообложение, конечно, хорошо, но его последствия очень ограничены, если оно не поддерживается значительными переменами в экономической политике. Прогрессивное налогообложение приносит мало пользы в условиях либеральной политики в отношении монополистического капитала. Более того, оно часто считается «невозможным» и отвергается правителями, которые подчиняются капиталу. То же самое касается минимального уровня зарплаты. Это, конечно, хорошо, но неэффективно в условиях либеральной экономической политики. Рост зарплаты будет поглощаться инфляцией. Так либералы оправдывают отказ от увеличения минимального уровня зарплаты. Равный доступ к образованию и медицине тоже должен стать нормой для любого общества. Но это ведёт к росту государственных расходов, а либерализм считает это неприемлемым! И «увеличение лучших рабочих мест» - это пустая фраза, если не поддерживается реальной политикой индустриализации и модернизации семейного сельского хозяйства. Китай частично пытается это сделать, а Индия нет.

Либералы настаивают на необходимости сокращения государственного долга. И Пикетти поддерживает эту позицию, но нужно понимать из-за какой политики растёт государственный долг. Этот долг – неизбежный результат либеральной политики. Он просто необходим капиталу для увеличения финансовых инвестиций. В-третьих, координаторы этих исследований – либеральные экономисты, которые занимают сомнительные позиции по решающим вопросам: 1) они верят в волшебство свободного рынка, который минимально регулируется политическим вмешательством; 2) они верят, что нет никаких альтернатив открытой глобализации, которая может привести к глобальному развитию и подъёму бедных стран. В лучшем случае, это «реформисты» типа Стиглица. Они твёрдо верят, что бедные страны могут «догнать» развитые, углубляя интеграцию в глобальную капиталистическую систему. Но пять столетий неравенства развития должны привести хотя бы к сомнению в этой гипотезе.

Что вы думаете о тревожном росте неравенства?

Я считаю, что либерализм препятствует формированию реальной политики всеобщего развития. Любое общество, которое стремится к развитию, не может избежать: 1) долгого процесса строительства современной интегрированной промышленной системы, максимально ориентированный на внутренний потребительский спрос; 2) модернизации семейного сельского хозяйства и обеспечения продовольственного суверенитета; 3) планового совмещения этих двух целей с помощью нелиберальной политики. Это означает постепенное движение к социализму. Такая политика подразумевает регулирование рынка и глобализации для максимального ослабления негативных последствий гегемонии. Об этом ничего не говорится в исследованиях таких экономистов как Пикетти. Только такая политика может привести к уменьшению неравенства. Китай уже встал на этот путь, но он пока один. Без радикальной критики либерализма, разговоры о бедности и неравенстве будут оставаться риторическими.

Как правило считается, что при неолиберализме происходит отказ от государства, социального обеспечения и помощи людям? Что вы думаете об этом? Это сговор с финансовым капиталом? Как функционирует государство при неолиберализме?

Действительность такова, что монополистический капитал, даже в империалистических странах, нуждается в государственном аппарате. Они одомашнили государство для удовлетворения своих личных интересов. Вы можете увидеть это на примере Дональда Трампа, который в этом стиле использует правительство США. Вы можете увидеть это в так называемых странах «национального консенсуса»: Британии, Франции и Германии. Рыночные силы заменили государство – это глупость.

Важнейшая современная проблема – как выйти из кризиса неолиберальной глобализации. Вы предлагаете отказаться от глобализации. Можно ли избавиться от кризиса глобализации? Что вы можете посоветовать стране, которая осмелится отказаться от неолиберализма?

Как вы понимаете, отказ – это лозунг. Фактические проблемы отказа всегда относительны. Нельзя отказаться полностью или на 100%. Но такие огромные страны как Китай и Индия могут отказаться на 50% или 70%. Советский Союз и Китай в эпоху Мао отказались от глобализации на 80-90%, но не полностью. Они торговали с западными странами. Отказ не означает, что вы забываете об остальном мире и улетаете на луну. Никто не сможет этого сделать, это неразумный шаг. Отказ означает принуждение империализма признать все ваши условия или их часть.

Индия приспосабливается к требованиям США, хотя может не делать этого. Неру пытался это делать. Индира Ганди достигла в этом успеха. Но правительство Моди не пытается этого делать. Вы должны отказаться от неолиберальной глобализации. И вы можете это сделать. У вас есть возможность. Конечно, для некоторых маленьких стран в Африке, Центральной Америке и Азии очень сложно отказаться. Если вспомнить о ДН, мы должны воссоздать политическую солидарность между странами Азии, Африки и Латинской Америки, тогда мы перестанем быть меньшинством. Мы составляем 85% человечества. Через несколько десятилетий мы превысим эту долю. Мы не слабые, мы можем успешно отказаться от глобализации и сформировать альтернативный политический блок, который бросит вызов империалистическому блоку.

Многие считают, что колониализм, а затем глобализация и интеграция Третьего мира в глобальный рынок поможет модернизировать эти страны. Бывший премьер-министр Индии Манмохан Сингх поблагодарил Британию за строительство железных дорог. Такие мыслители как Славой Жижек боятся, что отказ от глобализации приведёт к возрождению феодализма в этих странах. Есть ли альтернатива этому? Может ли страна стать современной, не проходя через стадию капитализма?

Когда Сингх благодарил Британию за строительство железных дорог, он очень мало сказал о реальной истории. В то же время британцы уничтожили индийскую промышленность, которая была более развитой, чем британская. В британских колониях богатели только те, кто стоял у власти. Сборщики дани с индийских крестьян при британском правлении стали новыми землевладельцами. Так сформировался класс крупных землевладельцев в Бенгалии, Пенджабе и на севере Индии. Они захватили большую площадь земли. Сингх должен был бы вспомнить, что Британия принесла не только железные дороги, но и насилие, разрушение и угнетение. Нужно понимать, что такое современность. Капиталистическая и социалистическая современность. Мы не можем просто говорить о современности и связывать её с глобальной интеграцией. Она дала Индии сотовую связь, но привела к обнищанию 80% населения – а это не пустяк. Мы должны различать современность. Чего мы хотим? Конечно, мы хотим современность. Мы должны понимать, что отказ от глобализации – это не возвращение древней Индии, колониальной Индии. Это должна быть новая современность для Индии и других стран.

В своём эссе «Возвращение фашизма при современном капитализме» вы пишете, что кризис современного капитализма создаёт благодатные условия для возращения фашизма. Это очевидно на фоне усиления различных правых сил по всему миру. Это старый фашизм?

Система неолиберальной глобализации нестабильна. Она приводит к сопротивлению, героическому сопротивлению. Это создаёт большие проблемы для США, Японии и Европы. Поэтому растёт нестабильность. Из-за этого система стремится к фашизму, как к ответу на слабость власти. Вот почему фашизм появился на Западе, а затем экспортировался в наши страны. Терроризм под маской ислама – это местная форма фашизма. В Индии сейчас усиливается индуистская реакция – это тоже форма фашизма. Хотя большинство людей в Индии исповедуют индуизм, к неиндуистам всегда относились хорошо. Новый режим в Индии, который я называют полумягким видом фашизма, жёстко относится к людям других религий. Аналогичную ситуацию мы имеем во многих странах исламского мира: в Пакистане, Ираке, Сирии, Египте, Алжире, Марокко. Но такая ситуация характерна не только для исламских стран.


Источник: There is a Structural Crisis of Capitalism, Jipson John and Jitheesh P.M., blackagendareport.com, May 09, 2018.


Записи из этого журнала по тегу «идеи»