antizoomby (antizoomby) wrote,
antizoomby
antizoomby

Category:

Леонард Пелтиер. В застенках империи.


Что же действительно произошло в Оглала?

26 июня 1976 года на ранчо Джампинг Булл близ Оглала в резервации Пайн-Ридж были застрелены три человека. После этого происшествия разгорелись редкие по широте охвата и жестокости полицейские репрессии. Двое из погибших были агентами ФБР, закрепленными за резервацией Пайн-Ридж после восстания в Вундед-Ни (1973). Третьим был убит юноша-индеец. Обвинения в убийстве агентов предъявили четырем коренным американцам Леонарду Пелтиеру, Роберту Робидо, Дино Батлеру и Джимми Иглу. Обвинения против Игла впоследствии были сняты; Батлер и Робидо оправданы, но на отдельном судебном процессе; Пелтиер схвачен и 1 июня 1977 года приговорен к двум пожизненным тюремным заключениям.
Первые рапорты ФБР о произошедшем 26 июня весьма эффектны. Представители ФБР рассказывали репортерам, что два агента ФБР попали в засаду и были зверски казнены, их тела «изрешечены пулями». ФБР живописало судьбу одного из агентов, образцового мужа и отца, который был сперва ранен, а потом беспощадно расстрелян. Подобные истории разносились телеграфом несколько дней после перестрелки. Но вряд ли при этом упоминалось, что в тот же день был убит еще и молодой индеец.

Ранчо Джампинг Булл – это три дома, стоящие к югу от шоссе №18 и в нескольких сотнях ярдов от проселочной дороги. Тремя милями западнее лежит Оглала, в 15-ти милях – граница резервации Пайн-Ридж. В июне 1975 года здесь был разбит палаточный лагерь, в котором жили люди, присутствовавшие на процессе Денниса Бэнкса в городе Кастер, Южная Дакота. Это была «цитадель» ДАИ (Движение Американских Индейцев).
Никто не знает, или, по крайней мере, до сих пор точно не доказал, что именно случилось в тот июньский день 1975 года.
Бесспорно, резервация Пайн-Ридж была местом террора, и, что тоже бесспорно, подавляющую часть актов насилия совершали наемные головорезы, действовавшие по наущению председателя Племенного Совета Дика Уилсона. Точно установлено и то, что 23 июня Роберт Денсмор и Джерри Шварцинг, сыновья двух белых «ранчеро», заявили, будто бы после пьяной вечеринки у них украли их ковбойские бутсы. Были выданы ордера на арест 4-х парней из Оглалы, в том числе и Джимми Игла.
26 июня, согласно нескольким свидетельствам, агенты ФБР Джек Коулер – 28 лет, из Лос-Анджелеса, Калифорния, и Рональд Уильямс – тоже 28-ми лет и тоже из Лос-Анджелеса, - появились возле ранчо Джампинг Булл. Они якобы получили информацию, что Игл находится здесь. Очевидно, в это время они и заметили красно-белый пикап, быстро удалявшийся по соседней дороге. Агенты пустились за ним в погоню.
Много позже, на процессе Батлера и Робидо, агенты ФБР показали, что Коулер и Уильямс приехали на территорию лагеря в «гражданских» машинах и были одеты в «штатскую» одежду. Они знали, куда едут. Коулер был членом специальной военизированной команды SWAT (Special Weapons and Tactics), и эта бригада БДИ (Бюро по Делам Индейцев) была рядом, прикрывая их. Коулер и Уильямс давно пользовались дурной славой. Об их действиях судья Никол сказал на процессе Минса/Бэнкса (1974): «Я не мог предположить, что ФБР так низко пало».

Вскоре после того, как Коулер и Уильямс начали погоню за красно-белым фургоном пикапа, другие агенты услышали по радиосвязи их призывы о помощи, исходившие, видимо, из лощины ниже ранчо Джампинг Булл.
«Кажется, они собираются стрелять в нас!» Затем послышалось: «Мы ранены!» и «Скорее прикройте нас огнем, или нас убьют!»
Первым был ранен Коулер – в правую руку. Немного позже Уильямс был ранен в голову, и, вероятно, тут же скончался. Коулер тоже был сражен двумя выстрелами в голову. Оба агента скончались в то время, когда их коллеги прибывали на место происшествия. Каждый из погибших (Коулер и Уильямс) был ранен трижды, тела их вовсе не были «изрешечены пулями», как заявило ФБР.
Когда агенты по просьбе Коулера и Уильямса пришли к ним на помощь, возле ранчо Джампинг Булл произошла вторая перестрелка – на некотором расстоянии от того места, где были найдены тела двух погибших агентов. Сотрудники БДИ позже засвидетельствовали, что во время второго инцидента полицейский БДИ Джеральд Хилл застрелил Джо Стантца по прозвищу Киллз Райт.

Джозеф Беделл Стантц (Joseph Bedell Stuntz) был одним из индейских ребят, усыновленных миссис Рус Стантц из Монтичелло, Индиана. В 1970 году он окончил военную школу (Onarga Military School) и стал посещать Институт искусства американских индейцев в Санта-Фе, Нью-Мексико. В Пайн-Ридж он был известен под именем Джозеф Киллз Райт. Он готовился к миссии «знахаря».
Все описывают его как спокойного, миролюбивого человека. В 1975 году его жена и двое детей жили в штате Вашингтон.
Вокруг обстоятельств его гибели не было предпринято ни одного расследования.
Анна Мей Аквеш была единственной из руководителей индейцев, кто жил на ранчо Джампинг Булл. Ей не предъявляли обвинений, потому что было доказано, что она не участвовала в перестрелке. Однако в феврале 1976 года ее тело было найдено на территории Пайн-Ридж – занесенное снегом, с пулей в голове. Ее смерть осталась необъясненной.
После перестрелки ФБР соорудило баррикаду отчетов; практически все они позже были признаны сфабрикованными. Когда ФБР организовало истребительно-розыскную операцию, прочесывая резервацию Пайн-Ридж, агенты продемонстрировали устрашающий показ оружия, в том числе бронетранспортеры, вертолеты и множество другой армейской техники. Они обшаривали в резервации один дом за другим, игнорируя само понятие о человеческом достоинстве или гражданских правах индейцев.

На процессе Робидо/Батлера Уилфорд Драйпер, 19-летний юноша-навахо, заявил, что аризонские агенты ФБР, арестовав его, сковали его наручниками, привязали к стулу и угрожали, что навесят на него обвинение в убийстве, если он не даст нужных их показаний. Агенты обещали ему работу, выдачу нового удостоверения личности, денежную помощь и снятие всех обвинений, в обмен на его показания.
Норманн Браун, юноша-навахо, которому было тогда 15 лет, заявил, что, услышав стрельбу, бросился на выстрелы, подумав, что это наемники Племенного Совета начали атаку на лагерь. Он сказал, что наткнулся на Драйпера, Батлера, Робидо и Пелтиера. Батлер и Робидо выстрелили в нападавших с расстояния около двухсот ярдов, а потом бежали.
Они решили, что окружены; проскользнув через овраг, проползли в кусты. Попав в западню, они молились. Браун сказал, что, открыв глаза, он увидел орла, сидящего на верхушке дерева; и все они последовали за орлом к свободе. Он сказал, что впервые о гибели агентов все они узнали на другой день из радиопередачи.
Жюри присяжных на процессе Робидо/Батлера более 5 дней обсуждали вердикт. Дважды присяжные посылали за судьей Мак-Майнусом, так как находились «в безнадежном тупике». Мак-Майнус отказался дать отвод присяжным, заявив: «я не считаю, что в другом составе жюри присяжных будет более мудрым или более компетентным». После нескольких дней обсуждения проблемы самозащиты жюри присяжных объявило Батлера и Робидо невиновными. Некоторые присяжные указали, что, даже если было бы больше доказательств вины подсудимых, те все равно были бы оправданы «по причине самозащиты» от массированных полицейских репрессий, творимых в Пайн-Ридж с 1973 года.
После оправдания Батлера и Робидо обострилась жестокая охота за Леонардом Пелтиером. Она завершилась его арестом в Хинтоне, Альберта (Канада), и одиночным заключением в канадских тюрьмах, покуда решался вопрос о его высылке. В конце концов он был выдан Соединенным Штатам. Все завершилось процессом в городе Фарго, Северная Дакота, под председательством судьи Бенсона. Это был один из самых поразительных судебных процессов в истории США; Пелтиера обвинили в двойном убийстве Коулера и Уильямса. И 1 июня 1977 года он был приговорен к максимальному срок наказания – двойному пожизненному заключению в тюрьме.
Перепечатано из газеты «Аквесасне Ноутес» («Akwesasne Notes»).

ФБР И ДАИ

Федеральное бюро расследований непосредственно включилось в развязанную правительством охоту за членами Движения Американских Индейцев после того, как индейцы заняли здание БДИ в Вашингтоне (ноябрь 1972). Это было протестом против политики никсоновского правительства и судебного аппарата в отношении коренного населения. Администрация Никсона говорила о самоопределении, и заключаемых на 99 лет договорах об аренде земли, как форме освобождения коренных жителей от колониальных властей, которые угнетают нас.
ДАИ ответило на политику обмана, проводимую администрацией Никсона, своим Манифестом из 20 требований.  Манифест выражал стремление сделать отношения между федеральным правительством и коренным населением более гуманными и приемлемыми для индейцев. В Манифесте заключалась наша идея самоопределения, суверенитета, уважения наших прав. Манифест был доставлен в Вашингтон в ноябре 1972 года участниками «Тропою Нарушенных Договоров» (Caravan of Broken Treaties).
Прибыв в Вашингтон, участники похода увидели, что федеральное правительство не пожелало выслушать их. Правительство отказалось рассматривать договоры в свете требований Манифеста. Правительство отказалось разговаривать с индейцами. Все это разрешилось открытой конфронтацией между членами ДАИ и администрацией Никсона. Индейцы силой заняли Национальное управление БДИ и удерживали его семь дней. Потом члены ДАИ покинули Вашингтон и возвратились домой.

Федеральное правительство предъявило обвинения тридцати трем индейцам. Но эти обвинения не были реализованы. Обвиняемые так и не предстали перед судом. Единственный раз в истории обвинений, предъявляемых федеральным правительством членам ДАИ, прецедент не был доведен до суда. Потому что правительство предчувствовало – отдать индейцев под суд за их протест против своих жизненных условий означало бы обнародовать их обвинения против правительства Соединенных Штатов, содействовать им, да еще в городе с преобладающим цветным населением (Вашингтоне).
Ответом правительства стала политическая и военная атака на членов Движения Американских Индейцев и всех, кто сочувствовал им. ФБР начало тренировать полицейских БДИ для охоты на людей, и снабжать БДИ деньгами для найма головорезов и организации провокаций. Федеральное правительство воспользовалось существующими в Южной Дакоте расистскими предрассудками, чтобы начать травлю ДАИ с помощью жестоких полицейских репрессий, провоцируя инциденты, арестовывая людей и привлекая их к суду. Агенты ФБР служили военными советниками в незаконном правительстве председателя племени Ричарда Уилсона (Пайн-Ридж).
Агенты ФБР появились в Пайн-Ридж перед событиями в Вундед-Ни. Оборона Вундед-Ни была прямым результатом деятельности ФБР в резервации. Люди были запуганы. Кругом была полиция. ДАИ пришло на помощь людям по просьбе Организации за гражданские права оглала сиу. Федеральное правительство нарочно прислало в Южную Дакоту своих агентов, чтобы те спровоцировали условия, при которых можно было бы арестовать членов ДАИ, привлечь их к суду и наказать, - словом, проделать все то, что не удалось сделать в 1972 году в Вашингтоне. Это была продуманная атака. Федеральное правительство опиралось на «законы», чтобы придать видимость приличия своей войне против ДАИ.
В то время, когда федеральное правительство заставляло американский народ поверить, будто бы все это делалось согласно закону, будто все это делалось в интересах американского народа и в интересах коренных жителей, пока правительственная пропагандистская машина старалась изо всех сил, чтобы американский народ поверил в эту ложь, коренные жители, члены ДАИ, попали во времена «ковбоев и индейцев».
Седьмой Кавалерийский полк вернулся в Южную Дакоту. Репрессии ФБР стали ответом администрации Никсона на Манифест из 20 требований о самоопределении и независимости, созданный коренными жителями и представленный американскому правительству от имени коренных жителей.
Перепечатано из «Свободу - народу» («Free The People»)

Справедливый суд невозможен.

Вооруженные до зубов агенты ФБР, совершая «подвиги», вроде тех, которым прославился старина Джон Уэйн, вернули в Соединенные Штаты времена «ковбоев и индейцев». Стреляют ружью, и вновь льется кровь краснокожих, только на сей раз это – настоящие ружья и неподдельная кровь…
Юрист, специалист по гражданским делам, Левис Гурвиц заявил на слушаниях о выдаче Леонарда Пелтиера, что этот политзаключенный никогда не добьется в США справедливого суда. Он сказал, что инцидент, произошедший в июне прошлого года в Южной  Дакоте, наглядно демонстрирует, какими методами пользуется ФБР для расправы с индейским народом.
Гурвиц рассказал следующее. Он выступал на Собрании лакота по вопросу о договорах, когда подъехала какая-то машина. Ее пассажиры сказали, что внизу на шоссе агенты ФБР расплавляются с индейцами.
«Я сел в машину, - сказал Гурвиц, - и поехал туда. Там я увидел троих полицейских БДИ и четверых агентов ФБР. Они задержали четверых индейцев.
Агенты ФБР, одетые в рабочие рубахи, голубые джинсы, ковбойские бутсы и береты, как у  пехотинцев во Вьетнаме, были вооружены пистолетами. Они заявили мне, что собираются забрать индейцев в отместку за агентов, убитых в резервации Пайн-Ридж.
Первое, о чем я подумал, - «вот и вернулись времена ковбоев и индейцев». Только сейчас индейцы-то были настоящие…
Агенты колесят повсюду, сея террор и страх, запугивая женщин и детей».

Гурвиц сказал, что обычно в отношениях ФБР с людьми он не замечал предвзятости или сведения личных счетов.
Но когда агенты ФБР встречались с членами ДАИ, ярко проявлялась их неприкрытая враждебность.
Говоря о том настрое, который исключает для Пелтиера возможности добиться справедливого суда, Гурвиц сказал: «Меня приводит в ужас несправедливость политических процессов, которые во всем отличаются от обычных уголовных дел».
Гурвиц заявил, что агрессивность обвинителей сводит на нет попытки адвокатов защитить своего клиента.
«Например, - сказал он, - почти всегда адвокатам мешают громоздкие обвинительные акты. Прокурор зачастую предъявляет целых 11 обвинений, а потом снимает большинство из них перед самым судом. Тем временем адвокат делает бессмысленную работу, расследуя все обвинения».
Гурвиц сказал, что судебные исполнители постоянно докучают адвокатам, защищающим клиентов-индейцев. Во время предварительного следствия они не дают адвокатам нужной информации.
Даже замечания судей по этому поводу не действуют на судебных исполнителей.
«В зданиях суда царит атмосфера враждебности; чиновники все запутывают и делают любую информацию труднодоступной. Адвокатов подвергают обыскам, зачастую лишая доступа к клиентам-индейцам», - заявил он.
Перепечатано из «Индейский голос» («The Indian Voice»).

Говорит Леонард Пелтиер

13 мая 1976 года Леонард Пелтиер предоставил канадскому суду это заявление.
 «Я хочу сделать заявление суду.
Я хочу выразить свое отношение к этим судебным слушаниям и к тем обвинениям, что выдвинуты против меня правительством Соединенных Штатов.
Я рассматриваю свое  «дело» как часть большого числа политических дел, возбужденных против индейского народа в судах Канады и Соединенных Штатов. Это всего лишь продолжение вековой политики правительств Северной Америки, которые использую судебную систему для угнетения нашего народа. В наши дни существует двойная система правосудия: для белого общества одна, для индейцев – другая. Индейцев преследуют и убивают в резервациях и на улицах городов США и Канады, но никто не был осужден за эти преступления. Потому что их совершает само расистское общество белых.
Белое общество несет ответственность за сброс ртути в озера Восточной Канады; рыбу из этих озер должны есть мои братья и сестры их племени оджибве, чтобы не умереть с голоду. Однако мы умрем, если будем питаться этой рыбой. Судьи не называют преступниками тех, кто сбросил ртуть в озера. Потому что это преступление совершило само общество белых.
Когда колониальные белые власти вторглись на наши земли и захватили их, никто не назвал эти действия преступными. Но когда индейцы поднялись на борьбу, это сочли преступлением. Но это не преступление. Это политическая борьба, в которой наш народ отстаивает свои права на самоопределение, и человеческое достоинство, сопротивляясь жестокому угнетению, осуществляемому другой нацией.

Мои предки подписали так называемые договора с правительствами США и Канады. В этих договорах признавалось право на существование независимых, суверенных наций. И индейцы продолжают отстаивать свой суверенитет, о чем свидетельствует «Декларация независимости» (Declaration of Continuing Independence), подписанная Первым международным советом по индейским договорам (First International Indian Treaty Council) в июне 1974 года в Стэндинг Рок (территория Дакота); и Декларация Дене, написанная коренными жителями Северо-западных Территорий Канады. Позвольте мне зачитать отрывок из «Декларации независимости»:
«Соединенные Штаты Америки всегда нарушали  суверенитет коренных народов этого континента, используя свой судебно-полицейский аппарат. Такими действиями США преступали все права коренных жителей, гарантированные договорами, все права на договорные земли, все основные человеческие права. Соединенные Штаты, некогда сами сбросившие ярмо угнетения и добившиеся собственной независимости от колониальных властей, ныне угнетают Коренные Народы.
Независимый народ другой культуры имеет полное право жить в согласии с Матерью Землей, если он не нарушает такого же права других народов. Мы обращаемся к мировой общественности с просьбой заставить колониальные правительства покончить с нарушением суверенитета коренных народов, и дать им возможность жить как они хотят, в мире, с достоинством и свободными. /… …/
Мы считаем, что все коренные народы хотели бы избежать проявлений насилия, но мы также знаем, что правительство США всегда прибегало к насилию, чтобы лишить коренное население основных человеческих прав и прав, предоставленных ему в соответствии с заключенными договорами…»
Нас могли бы удовлетворить те земли, которые первоначально были отведены для резерваций. Но из года в год правительства США и Канады крадут у нас все больше и больше земли. В XIX веке нашу землю отбирали у нас по экономическим причинам – она была богата, плодородна, изобиловала всем, что хотели иметь жадные белые поселенцы.

Нам оставили земли, которые белое общество посчитало бросовыми. Но все равно мы сумели выжить, сопротивляясь воле белого общества, желающего истребить нас. Сегодня, с развитием технологии белого общества, земли, некогда названные бросовыми, приобрели неожиданную ценность. Сейчас белое общество хотело бы изгнать нас из наших резерваций, потому что под бесплодной землей находятся залежи ценных минералов и нефти.
Белое общество привыкло грабить «цветные» народы. Когда оно преуспевает в этом грабеже, то называет его «колониализмом». Если его попытки колонизировать другие народы встречают сопротивление, это называется «войной». Но когда грабежу сопротивляются колонизируемые индейцы Северной Америки, их называют «преступниками». Это ложь. Мы – Индейский Народ, и правительства США и Канады от имени колонизаторского общества белых ведут войну против нас, против нашей культуры, духовного пути, против нашей священной Матери-Земли на протяжении четырехсот лет. Более четырехсот лет мы боремся против колониального господства, утверждая свое право на независимость и суверенитет в пределах земель, отведенных нам по договорам. Эти договоры – неприкосновенные документы, связывающие народы, подписавшие их, нерушимой межнациональной связью. Но, несмотря на это, ваши суды судят нас – суды, которые всегда были несправедливы к индейскому народу. Доказательство этому – высокий процент заключенных-индейцев в американских тюрьмах.

Особенно ожесточенно власти преследуют деятелей Движения американских индейцев (ДАИ), стремясь уничтожить эту организацию, потому что она борется за освобождение всех индейских народов США и Канады, а также колонизируемых индейских народов Центральной и Южной Америки. Если мы хотим выжить как народ, мы должны сбросить ярмо колониальной власти.
Но вместо того, чтобы видеть в нас колонизованный народ, пытающийся сбросить с себя ярмо американского империализма, власти квалифицируют нас как преступников. ФБР развязало против нас политические репрессии по образцу тех, что велись против партии «Черные пантеры» и Социалистической рабочей партии. ФБР использует американскую систему правосудия, чтобы запугивать и бросать в тюрьмы тех, кто сопротивляется угнетении.
И потому я стою сегодня здесь, перед судом в наручниках.
И я спрашиваю вас: «Допустите ли вы, зная обо всех этих злоупотреблениях, чтобы канадское правосудие стало инструментом продажного американского государства?»
Я прошу этот суд и эту страну предоставить мне политическое убежище».
Перепечатано из «Индейский голос» («The Indian Voice»). Май 1976.

Рассказ очевидца о происшедшем в здании суда.

Перед вами – рассказ Кэтлин Акоста (Kathleen Acosta), ставшей свидетельницей жестокой демонстрации силы, разыгравшейся в зале суда г.Ванкувер на слушаниях о выдаче Леонарда Пелтиера. Такой безобразный инцидент произошел впервые за всю историю канадской судебной системы. Особенно трагично, что жертвами насилия стали исконные жители этой страны.
Взявшись за руки, я и моя семилетняя дочка вошли в маленькую боковую комнатку возле зала суда №318, в котором судья Шульц должен был выносить решение по делу о выдаче Леонарда Пелтиера.
Вот уже три недели я приходила на эти слушания, и процедура проверки стала привычной для меня. Вначале, подчиняясь чужим рукам, грубо ощупывавшим мое тело, я испытывала прилив стыда и возмущения. Но постепенно я убедила себя, что это всего лишь проявление невежества белых людей, которые никогда не понимали индейцев… они боятся всего, что не в состоянии понять, и действуют, руководствуясь примитивным параноидальным страхом.
Когда женщины-полицейские обыскали меня и мою дочь, в комнату вошел полисмен и сказал, обращаясь ко мне: «Не берите ребенка в зал суда. Это опасно».
Возмущенная таким отношением к индейцам, я резко ответила: «Чушь! Я знаю этих людей. Они не стремятся к насилию, они стремятся к справедливости». Обойдя его, я направилась к главному входу в зал суда.

Перед входом другой полицейский снова предупредил меня, что брать ребенка в зал опасно. Я гневно сказала: «Индейцы не причинят зла моей девочке, на такое способны только ваши коллеги!» Мы вошли в зал и сели у дальней стены на краю комнаты. Вскоре ввели Леонарда Пелтиера. Когда он подошел к скамье подсудимых, все встали и приветствовали его возгласами одобрения.
Для индейцев, находившихся там, это был напряженный момент. Сейчас все должно было решиться – после долгих месяцев тревожного ожидания, непрерывных горячих молитв Великому Духу о справедливом судебном решении.
Когда вошел судья Шульц, все умолкли.
Судья Шульц приказал Пелтиеру встать и выслушать приговор. И тогда все в зале, вскинув руки в салюте ДАИ, встали в знак солидарности с Пелтиером, восклицая: «Приговор, который вы выносите Леонарду Пелтиеру – это приговор всем нам, всему нашему народу».
Рассвирепев, судья Шульц закрыл заседание и громко приказал очистить зал. Ошеломленные индейцы разразились гневными, негодующими криками. Одна девушка восклицала: «Кто дал вам право судить нас? Вы не бог!»
Мы медлили, не зная, уходить нам или нет. Наконец мы повернулись к выходу позади галереи. Узкое пространство было забито людьми, и быстро выйти наружу было трудно, как всегда бывает, если много людей столпится в узком проходе.
Полицейские начали силой выталкивать нас. Многие сопротивлялись этому. Тогда толчки перешли в удары. Женщины под ударами полицейских закричали от боли, и крики эхом разнеслись по зданию суда. Охранники принялись избивать людей в проходах за первой дверью. Началась драка.

Моя малышка, Франческа, лишь наполовину индеанка. У нее смуглая кожа и резкие черты лица, как у всех индейцев, и она считает себя индеанкой. Видя, как полицейские бьют индейцев, она закричала: «Мама, они избивают индейцев! Мама, я тоже индеанка, пожалуйста, не позволяй им бить меня!»
Я отступила на несколько шагов, прижала Франческу к себе, утешая ее, но сама не могла сдержать рыданий, видя бесчеловечный спектакль, разыгравшийся у меня перед глазами.
Тут женщина в полицейской форме попыталась забрать у меня Франческу. Оскорбительным тоном она приказала: «Дайте ее мне! Какая же вы мать, если позволяете ребенку видеть все это?»
Франческа громко кричала, решив, что женщина будет бить ее. Вскипев от негодования, я ответила: «Уберите руки от моей дочери! Она – индеанка, и думает, что вы хотите избить ее, как бьют здесь всех индейцев… никогда в самом страшном сне мне не могло привидеться такое… и это происходит в канадском суде! Я думала, что можно спокойно привести сюда дочку… как могут ваши люди творить все это?»
Подошли двое других полисменов и попытались успокоить нас. Пронзительные крики все еще разносились по зданию суда.
Один охранник предложил вывести нас с Франческой наружу. «Пожалуйста, выйдем, - попросил он. – Нельзя девочке видеть все это. Я и сам не могу выдержать такого зрелища».

Я ответила: « Вы – может быть, но о ваших коллегах этого не скажешь! Они, кажется, получают прямо таки чувственное наслаждение от этой бесчеловечной бойни».
Я отчаянно хотела увести оттуда моего ребенка, и потому приняла их предложение, хотя и с чувством глубокого стыда.
Я – белая женщина, моя кожа даже светлей обычного, и я чувствовала, что нас защищает только цвет моей кожи. Ведь они не щадили даже беззащитных женщин, беременных, слабых, - они не пощадили бы и мою Франческу, не будь меня.
Когда мы проходили в боковую дверь, я видела, как полисмен душил женщину за горло. Другую женщину волокли по полу за волосы. В углу беременную женщина толкнули к стене и пинали ногами, рядом безжалостно избивали еще одну индеанку. Кровь лилась на пол.
В ужасе зажмурившись, я вбежала в лифт, по-прежнему прижимая к груди Франческу. Нас сопровождали полицейские. Я не могла видеть их самодовольных лиц.
Покинув лифт, мы в сопровождении женщины-полисмена пошли по длинному боковому коридору. Она сказала мне вслед: «Уходите быстрее. Если все это не прекратится, мы можем применить оружие».

Онемев от этого зрелища бессмысленной кровавой жестокости, мы искали место, где присесть. Мы сели и долго плакали, а потом пошли к телефонной будке в Ванкуверском отеле. Руки у меня так тряслись, что я трижды набирала номер, прежде чем дозвонилась до моей матери, репортера газеты «Индейский голос». Я рассказала ей обо всем, что тут произошло, и попросила ее немедленно приехать к зданию суда на такси.
Мы вернулись к зданию суда, как раз когда индейцев выталкивали из его дверей. Громко били барабаны, вторя крикам избиваемых людей.
Когда индейцев выбросили вон на ступени лестницы, некоторые из них стали звать на помощь белую публику, гуляющую возле фонтана. Одна девушка закричала: «Вы смотрели годами, как нас убивают… почему вы не заступитесь за нас сейчас?» Другой индеец позвал: «Встаньте рядом с нами, нам нужна ваша помощь!» Но никто из белых не сдвинулся с места, чтобы помочь.
Индейцы стали медленно спускаться вниз по ступеням суда. Встав вокруг бьющих барабанов, они запели песню ДАИ. Многие из них плакали, слезы текли по их изуродованным, в кровоподтеках, лицам. Вождь Рас Реднер, подходя поочередно ко всем, пожимал им руки и благодарил за поддержку.
Перепечатано из «Индейский голос» («The Indian Voice»). Июнь 1976.

Граждане задают вопросы правосудию.
 
Мы возмущены действиями правительства, проявившимися во время судебного процесса над Леонардом Пелтиером. Несправедливость, совершенна по отношению к нему, касается и всех нас, наших семей и друзей.
 Во-первых, было нарушено право Леонарда Пелтиера предстать перед справедливым судом в соответствии с его национальной принадлежностью В составе присяжных не было ни одного индейца.
Во-вторых, жюри просто не могло вынести справедливого решения, потому что присяжные не слышали всех свидетельских показаний. Судья Бенсон злоупотребил своей властью, не дав присяжным услышать о том, как ФБР угрожало свидетелям, как агенты ФБР лжесвидетельствовали и фабриковали улики.
В-третьих, местный прокурор Линн Крукс допустил фактические ошибки в своем заявлении, а судья Бенсон не исправил их.
Наша совесть не может молчать, когда совершается подобное. Дело Леонарда Пелтиера должно быть пересмотрено. Это был и есть политический процесс, как бы судья Бенсон не оспаривал этого.
Fargo Morehead, Citizen for Justice
Источник, где также можно прочитать более полную историю.

Открытое письмо Леонарда Пелтиера: "Правительство хочет, чтобы я здесь умер"

Льюисбург, Пенсильвания. Леонард Пелтиер, лакота, отбывающий тюремное заключение уже более 35 лет, передал через своего адвоката письмо из одиночной камеры заключения. Пелтиер был признан виновным в убийстве двух агентов ФБР, тела которых обнаружили 25 июня 1975 г. на территории оглала в Южной Дакоте.
Леонарду Пелтиеру когда-то отказали в предоставлении надлежащей медицинской помощи в федеральной тюрьме, а теперь еще и держат в камере одиночного заключения. Пелтиер, который настаивает на своей невиновности, был незаконно осужден в 1977 году в связи с убийством двух агентов Федерального бюро расследований. Находясь в заключении уже 35 лет – в последнее время это федеральная тюрьма в Льюисбурге, штат Пенсильвания – Пелтиер был признан политическим заключенным правозащитной организацией «Международная амнистия», Нельсоном Манделой, Десмондом Туту, 55 членами Конгресса и другими, включая судью, который присутствовал в составе суда, рассматривавшим две апелляции Пелтиера – все они высказались за его немедленное освобождение.
Среда, 27 июля 2011 г.

«Дорогие друзья,
Больше 35 лет я провел в федеральной тюрьме за преступления, которые не совершал. Начиная с 27-го июня охранники держат меня в карцере, маленькой, жуткой тюремной камере, в которой мало воздуха и он раскален до предела. Они подвергают меня этой пытке, оставляя в «одиночке» - это попытка сломить и убить меня. Однако, общественное давление, оказываемое многими моими сторонниками и группой адвокатов, способствует достижению реальных изменений.
Правительство хочет, чтобы я здесь умер, но я не собираюсь умирать. Действующая новая группа юристов использовала новаторский подход к делу. Они не собираются позволять им и дальше медленно казнить меня, начав комплексное расследование, охватывающее всю страну. В группу входят Николь Жибье (Nicole Gibier), мой координатор по вопросам международного права (International Legal Liaison), и Шерил Дж. Коттерилл (Cheryl J. Cotterill), помощник юрисконсульта (associate legal counsel). Под руководством Дороти Нинхэм (Dorothy Ninham) из резервации онейда, с которой я был знаком задолго до того, как меня арестовали, вместе с самоотверженными добровольцами мы возобновляем движение...

Я невиновен. Меня судило расистское жюри. Пристрастный судья не мог допустить, чтобы надо мной совершился справедливый суд, и уголовное преследование было построено на сфабрикованных доказательствах, включая предполагаемое орудие убийства. Позже, 15 октября 1985 г., правительство признало, что «...не может доказать, кто застрелил тех агентов». Судья даже не захотел дать мне возможность доказать, что ФБР применяло шантаж и пытки свидетелей и занималось разнузданным террором, фактически ведя войну против жителей резервации Пайн-Ридж.
Для того, чтобы добиться успеха у нас должны быть деньги на защиту. Мы отчаянно нуждаемся в вашей помощи. Вы можете сделать пожертвование с пометкой "for the Legal Defense" по адресу:
Leonard Peltier Defense Offense Committee (LPDOC)
PO Box 7488, Fargo, ND 58106
Phone: 701/235-2206
E-mail: contact@whoisleonardpeltier.info

Я верю в Дух Бешеного Коня. Они заточили в темницу мою плоть, но мой дух воспаряет ввысь подобно орлу. Я никогда не сдамся, несмотря на угрозы моему здоровью и жизни из-за длительного срока заключения. Я – невиновный человек, и буду продолжать бороться против геноцида моего народа.
В Духе Бешеного Коня
Doksha
Леонард Пелтиер
Американская тюрьма,
Льюисбург, штат Пенсильвания.»


P.S. Из текста письма Леонарда от 27.07.11 г. намеренно изъяты все упоминания об адвокате Роберте Брайане, поскольку по заявлению Комитета защиты от 17.08.11 г. он более не представляет интересы своего подзащитного ввиду расхождения выбранной Леонардом Пелтиером новой юридической стратегии с представленной Р.Брайаном по доверенности несколько месяцев назад. Л.Пелтиер пользуется поддержкой других поверенных, которые продолжат представлять его. Пожалуйста, сделайте то, что вы можете, чтобы поддержать их усилия освободить Леонарда Пелтира.

Американский комитет защиты Леонарда Пелтиера обращается ко всем сторонникам Леонарда продолжать оказывать давление на американские власти с целью добиться перевода Леонарда из одиночной камеры в общую. Свои письма направляйте на имя Эрика Холдера (Eric Holder), министра юстиции и генерального прокурора США
По почте:
U.S. Department of Justice
950 Pennsylvania Avenue, NW
Washington, DC 20530-0001
По E-Mail:
AskDOJ@usdoj.gov
При отправке электронного сообщения обязательно укажите, что оно предназначено для министра юстиции и генерального прокурора Эрика Холдера (Attorney General Eric Holder), чтобы ваше сообщение попало по адресу.
Или воспользуйтесь телефонной линией для комментариев: 202-353-1555
Пожалуйста, помните о необходимости соблюдать вежливый тон. Выразите свою обеспокоенность по поводу тех последствий одиночного заключения, которые могут сказаться на самочувствии Леонарда Пелтиера, 66-летнего пожилого человека с плохим здоровьем. Потребуйте, чтобы Леонард Пелтиер был немедленно выпущен из камеры одиночного заключения и допущен к остальным заключенным американской тюрьмы в Льюисбурге.
Спасибо вам за все, что вы делаете для освобождения Леонарда.
Tags: История, Пелтиер, США, демократия, репрессии, тюрьмы
Subscribe

  • Слава предателям.

    Дэниел Хейл на мирном протесте около Белого дома. В октябре 2011 года аналитик разведки ВВС Дэниел Хейл в военной форме стоял среди палаток…

  • Продолжение американской войны с Афганистаном.

    Обещание вывести американские войска из Афганистана было встречено резким скептицизмом, не только в США, но и во всём мире, и в этом правительство…

  • Массовые самоубийства в армии США.

    Новое исследование показывает, что в результате войн, развязанных армией США после 11 сентября 2001 года, американские солдаты и ветераны…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments