antizoomby (antizoomby) wrote,
antizoomby
antizoomby

Categories:

Экологическая цивилизация в Китае.


Нет времени для длинных предисловий. Мир, вероятно, движется к очередной катастрофе. Она может стать нашим концом, если все люди не смогут предотвратить её. Запад бряцает оружием, выступая против каждой страны, которая встаёт на его пути к тотальному господству. Некоторые страны, включая Сирию, пострадали от прямых и беспощадных нападений. В результате, погибли сотни тысяч человек. Политическая и военная катастрофа дополняется экологическим разрушением. Главным образом, западные транснациональные компании разграбили мир, поставив прибыль выше людей, чьё выживание оказалось под угрозой.

«Политкорректность» и лицемерие ослабляют чувство чрезвычайности. В то время как на Западе и в Японии людей призывают к экологическому поведению, выключению ненужного света и экономии воды, другие части нашей планеты – целые острова, страны и континенты – загрязняются и уничтожаются западными корпорациями. Правительства стран становятся безнадёжно коррумпированными. Западные политики не видят чрезвычайности в том, что происходит в мире, а вернее им платят, чтобы они не видели этого.

Так что же, ничего нельзя поделать? Мир сошёл с ума? Его принесут в жертву ради прибыли немногих? Люди будут пассивно наблюдать за происходящим и просто умрут в горящем мире? Всё шло в этом направлении, до недавнего времени. Но одна из древнейших культур Земли встала и сказала: «Нет! Есть разные пути вперёд. Мы можем извлечь выгоду из прогресса без людоедства и полного уничтожения планеты» - Китай, во главе с президентом Си, приступил к реализации концепции Экологической цивилизации, закрепив её в Конституции.

Человек, который в Китае и США проделал огромную работу над концепцией Экологической цивилизации – Джон Кобб – мой давний друг и товарищ. Этот 93-летний седой профессор - один из самых известных прогрессивных христианских теологов и сторонник революции. Джон Кобб - смелый альтернативный и оптимистичный американец. Впервые мы встретились несколько лет назад в автобусе, который ехал из Пхеньяна в ДМЗ, и стали близкими друзьями во время совместной работы над книгой и фильмом. В этот трудный и чрезвычайно опасный период нашей истории голос Джона Кобба должен быть слышен для всех.

Растущее стремление Китая к Экологической цивилизации.

Я вспомнил нашу встречу в Клермонте, когда Джон высказал сомнение по поводу китайского пути к Экологической цивилизации. Он предположил даже, что китайское руководство может выступить против неё. Внутри КНР и её правительства слышались голоса в защиту «чистого экономического роста». Теперь китайский парламент включил Экологическую цивилизацию в национальную Конституцию. Я захотел разобраться, что это означает в практическом смысле? И есть ли причины радоваться. Джон ответил мне по электронной почте:

«Около 15 лет назад Коммунистическая партия Китая включила цель Экологической цивилизации в свою Конституцию. Хотя формулировка замечательна, её мотивацию не трудно понять. Партия отреагировала на бедствия сотен миллионов китайцев, которые жаждали чистого воздуха и синих небес. Для поддержки популярности партии, она должна убедить людей, что разделяет их волнения. Все согласились, что сокращение загрязнений это хорошо. Однако, эта фраза означала больше, чем просто попытка минимизировать экологический ущерб от быстрого экономического роста. Было показано, что мир природы – это экологическая система, а не просто собрание отдельных вещей. И человеческая деятельность должна вписываться в мир природы, а не заменять его.

Однако, многие поддержавшие эту цель не предполагали, что Китай добьётся значительных перемен в настоящем. Многие утверждали, что главная задача Китая – модернизация, так как это особенно важно для индустриализации и роста национального богатства. А затем, у него появятся лишние средства для защиты экологии. Мало кто думал, что Китай посчитает экономический рост менее приоритетной задачей. Однако, китайские лидеры признали, что отсрочка очистки неба и оздоровления экологии не сработает. Страна должна стремиться к экономическому росту и чистой экологии параллельно. Они начали оценивать успешные действия региональных правительств в обоих направлениях. Приоритет роста был понижен, насколько это было возможно, чтобы направить экономику в экологически чистом направлении. Эксперименты с эко-деревнями получили правительственную поддержку.

Разговоры об Экологической цивилизации подталкивали к размышлениям о «цивилизации», которая существует параллельно с «рынком». С этим были согласны те китайцы, которые понимали, что забота о богатстве любой ценой не приносит пользы человеческому обществу. Марксизм всегда подчёркивал экономические вопросы, но он всегда был заинтересован в развитии общества от конкуренции к сотрудничеству. Он всегда заботился о распределении товаров, чтобы бедные получили выгоду, а рабочие получили власть. Идея восстановления традиционных ценностей китайской цивилизации получила признание. Некоторые члены партии волновались о статусе экологии и культуры в новой политике. Для них ключевыми приоритетами были богатство и сила. Наблюдатель не мог уверено сказать, как правительство будет поддерживать Экологическую цивилизацию. Руководство может поменяться каждые пять лет.

Однако, изменения на недавнем партийном съезде подтвердили стремление к Экологической цивилизации. Председатель Си, который занимает центральное место в продвижении Экологической цивилизации, получил ещё пять лет. Он и другие члены партии подтвердили желание двигаться в этом направлении. И скорее всего, это движение действительно продолжится. Для закрепления этого движения парламент включил Экологическую цивилизацию в Конституцию. Так как правительство руководится партией, это, возможно, не так важно. Но события показывают, что страна довольна этим движением. Китайский народ не считает Экологическую цивилизацию чем-то обременяющим или глупым. Мы можем быть уверены, что китайцы искренне стремятся построить Экологическую цивилизацию. Прогнозы – дело неблагодарное, но ясно, что Китай намерен двигаться в этом направлении. И учитывая, что Китай скоро сменит США на месте глобального лидера, мы можем надеяться на лучшее»
.

Роль Джона Кобба в Китае.

Джон Кобб – известная фигура в КНР. Его идеи оказывают большое влияние на влиятельную группу китайских лидеров. Но что он сделал для проекта Экологическая цивилизация? «Большую часть моей жизни я работал в Китае. Сначала я работал протестантским миссионером, продвигая христианскую религию. Моя миссионерская работа была основана на пророческой традиции древнего иудаизма и вере, что Маркс понимал эту традицию, но я не ждал, что китайские коммунисты поймут это. Тем не менее, я считаю, что моя деятельность в Китае была самой важной частью моей жизни. Сначала я опишу свою траекторию, потом траекторию Китая, а затем их невероятное пересечение.

Во время моих исследований в Университете Чикаго в конце 1940-х я познакомился с Альфредом Нортом Уайтхедом. Все эти годы я был впечатлён его «философией организма», которая отвечала на мои вопросы и дала мне целостное видение. Я долго искал такую теорию, которая была бы полностью противоположна механическому и материалистическому мышлению, доминирующему в американской культуре.

В конце 1960-х я понял, что доминирующая современная культура ведёт мир к самоуничтожению, и сильнее погрузился в альтернативную философию Уайтхеда. А из американских университетов всё альтернативное наоборот начало изгоняться. Вместе с Дэвидом Гриффином я создал в 1973 году центр для сохранения идей Уайтхеда и анализа современных кризисов. Наш Центр исследования процессов занимался конференциями, лекциями и публикациями, которые показывали органичность и прогрессивность идей Уайтхеда. Большую роль сыграли экологические проблемы. Хотя отдельные учёные сотрудничали с нами, университеты вытравливали все альтернативные точки зрения. Сначала мы называли себя постмодернистами, но так как этот термин связан с французским интеллектуальным саморазрушением, Дэвид Гриффин предложил называть нас «конструктивными постмодернистами».

В начале XX века вдумчивые китайцы поняли, что западные колониальные страны вместе с Японией глубоко вгрызлись в Китай, и классическая китайская культура не может конкурировать с Западом в науке, технике и военной мощи. Для независимости Китай должен модернизироваться. Он принял доминирующую западную систему – буржуазный капитализм. Страдания бедных привели к появлению более современной системы – марксизма, и после Второй мировой войны марксисты заменили буржуазную демократию на Коммунистическую партию. Мао Цзэдун многое сделал для окончания классового общества в Китае – это называлось Культурной революцией. Но городской средний класс категорически выступил против этой революции, поэтому она провалилась и больше не возобновлялась. А когда Коммунистическая партия отказалась от марксистской цели, то осталась лишь модернизация, как путь к национальному богатству и силе.

В это время французские интеллектуалы страстно разрабатывали теорию саморазрушения. Многие китайцы начали им подражать, называя себя постмодернистами. Но французский постмодернизм не помогал решить главную китайскую проблему модернизации – загрязнение окружающей среды. Затем они обнаружили, что существует другая форма постмодернизма, которая уделяет большое внимание экологии и предлагает позитивные перемены. Китайский постмодернист Чжих Ван прилетел в Клермонт и учился у Дэвида Гриффина. Это привело к пересечению линии моей жизни с Китаем. Доктор Ван решил, что лучше будет, если он будет жить в США и часто приезжать в Китай. Его жена Мейчжун Фан оставила престижную научную работу в Пекине, чтобы жить рядом с ним. В результате их работы 35 университетов создали центры, которые продвигали идеи Уайтхеда в различных сферах: образовании, психологии, экономике, науке, культуре и юриспруденции.

В то же время Коммунистическая партия начала продвигать экологические программы, отчасти, по-моему, чтобы облегчить страдания многих городских жителей. Китайские лидеры приезжали в США и проводили конференции на эту тему, в основном для здешних китайских учёных. Это позволило мне и другим американским «конструктивным постмодернистам» участвовать в формировании богатого, но расплывчатого понятия Экологической цивилизации. Это, возможно, стало нашим главным вкладом.

Затем в китайской политике произошёл очень важный сдвиг к Экологической цивилизации. Для продолжения модернизации Китай запланировал индустриализировать сельское хозяйство. На многих конференциях в США и Китае мы говорили, что Китай не сможет построить Экологическую цивилизацию при индустриальном сельском хозяйстве. Но Коммунистическая партия решила бороться с сокращением населения в сельских районах Китая с помощью возрождения тысяч деревень. Политика партии добилась перемен – в 2016 году впервые из городов в деревни переехало больше людей, чем из деревень в города. Коммунистическая партия сделала развитие деревень одной из главных своих экологических задач. Очень вероятно, что движение в этом важном направлении в китайском обществе продолжится.

Очевидно, что успех этих перемен достигнут за счёт труда многих китайцев. Однако, яростная американская критика индустриального сельского хозяйства США, которое привело к серьёзным негативным последствиям для экологии, привлекла внимание китайцев. Мой голос стал лишь одним из многих. На меня обратили больше внимания, вероятно, только из-за моего возраста. Но я очень горжусь, что внёс свой вклад в перемены, которые повлияли на жизнь сотен миллионов китайцев, и на формирование концепции Экологической цивилизации»
.

Централизованная власть.

Во многих отношениях Китай стал лидером по экологическим вопросам, с точки зрения сочетания традиционной культуры с современностью. Он намерен выстроить цивилизацию на экологических и культурных концепциях. Скорее всего, в будущем «рынки» и финансовые соображения будут играть важную, но второстепенную роль. Возможно ли это благодаря централизованному (коммунистическому) характеру китайской политико-экономической системы? Мне не хватает знаний и опыта, чтобы ответить на этот вопрос. Но у меня есть определённое мнение, и я хочу поделиться им.

Ясно, что именно центральное правительство наметило этот курс в Китае, спланировало и осуществило его. Для тех, кто считает, что мир срочно нуждается в Экологической цивилизации, это стало положительным примером. До прошлой осени я не знал, зависит ли это от одного конкретного лидера, с уходом которого всё может измениться. Прошлая осень обнадёжила, показав, что решение двигаться к Экологической цивилизации сохранилось.

Хотя по-прежнему в различных фракциях Коммунистической партии существовали люди, которые хотели заменить Си. Но теперь, когда отменено ограничение в два срока на посту председателя, опасность смещения Си исчезла. И политика, которая осуществляется долгое время и стала нормой для страны, будет продолжаться, даже если преемник лично не поддерживает её. Это касается и экологии. Всё это показывает, что центральная власть в Китае действует очень эффективно, по сравнению с другими странами с менее централизованной политической властью.

Некоторые европейские страны раньше Китая достигли значительного прогресса в экологии. Они добились важных политических перемен без централизованной власти. В этих странах общественность хорошо информирована и может принимать умные решения. Правительства достаточно демократичны и выражают общественные желания. В некоторых случаях, экологическое мышление стало «здравым смыслом», против которого сложно выступать. При этом поразительно, что когда Трамп вывел США из Парижских соглашений, об этом мало говорилось в Европе. Видимо корпоративный мир в Европе приспособился к новым условиям.

Однако, по-моему, централизованная власть в Китае более приспособлена к защите общественных интересов, чем власть в европейских странах. Европейские страны ещё достаточно богаты. Сокращение выбросов и другие экологические меры не привели к безработице или экономическим проблемам. Поэтому экологическая политика пока не вышла из доверия. Для сравнения, необходимость в приёме большого числа беженцев сразу привела к недовольству. Нетрудно представить, что корпорации могут воспользоваться общественным несогласием для сдвига политики в ту же сторону, куда сдвинулась политика в США. Эти корпорации контролируют СМИ, и могут сформировать необходимое общественное мнение для поддержки своих целей.

В Китае ситуация другая. Поддержка защиты окружающей среды и благосостояния граждан гарантирована здесь государственным контролем над финансами и корпорациями. И китайское правительство может также контролировать СМИ. Таким образом, Китай может использовать финансовые и корпоративные учреждения во благо. Слабые правительства обладают меньшими возможностями контролировать финансовые и корпоративные учреждения, чьи интересы часто противоречат общественным интересам.

Конечно, усиление правительства в таких странах как Китай не гарантирует постоянную государственную защиту общественных интересов. На Западе есть пословица: власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. Я считаю, что Коммунистическая партия Китая много делает для борьбы с коррупцией и для социализации граждан. И по-моему, она достигла большого успеха. Но если правительство ослабит свои антикоррупционные меры, возникнет опасность, что китайская политика перейдёт на сторону олигархов, как произошло в западных странах.

Мой герой Иисус утверждал, что никто не может служить одновременно Богу и деньгам. Если мы поймём, что воля Бога - это всеобщее благо, то сможем перефразировать это утверждение: никто не может служить одновременно деньгам и всеобщему благу. Я считаю, что в данный момент Коммунистическая партия Китая с большим успехом служит всеобщему благу, чем церковь на Западе. Возможно, это более важный вопрос, чем централизация власти.


Источник: China’s Determined March Towards the Ecological Civilization, Andre Vltchek, journal-neo.org, May 04, 2018.

Tags: Андре Влчек, История, Китай, США, идеи, империя, фермерство, экология
Subscribe

Posts from This Journal “Китай” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments