antizoomby (antizoomby) wrote,
antizoomby
antizoomby

Categories:

Почему мы марксисты?


Сейчас капитализм находится в самом глубоком кризисе за всю свою историю. Этот экономический, общественный и политический кризис воплотился в политическом хаосе и растущей классовой борьбе во всём мире. Хотя правящий класс пытается похоронить марксизм, он никогда не был актуальнее, чем сегодня. В 1992 году Фрэнсис Фукуяма издал книгу «Конец истории и последний человек», которая мгновенно стала бестселлером. В ней он громко заявил об упадке социализма, коммунизма и марксизма и о триумфе рыночной экономики и буржуазной демократии. Падение Советского Союза означало, что теперь возможна только одна система - капиталистическая рыночная экономика, а это конец истории.

Казалось, что эта идеология подтвердилась успехом рыночной экономики, ознаменованным успешными годами высокой прибыли и непрерывного экономического роста. Политики, центральные банкиры и менеджеры Уолл-Стрит были убеждены, что они, наконец, приручили циклическую природу капиталистического развития. Всё было прекрасно для лучшего из всех капиталистических миров. Но от истории не так просто избавиться. Теперь колесо истории развернулось на 180 градусов. Спустя всего 16 лет после появления книги Фукуямы коллапс 2008 года обрушил всё сооружение глобального капитализма, погрузив мир в самый глубокий кризис, начиная с 1930-х. И он по-прежнему не может выбраться из бездны.

Каждое самонадеянное предсказание Фукуямы, при столкновении с реальностью, оказалось ложным. Перед коллапсом 2008 года буржуазные экономисты хвастались, что больше не будет ни бумов и ни спадов, что цикличность отменена. Они придумали новую сказочную теорию под названием «эффективная рыночная гипотеза», согласно которой, если рынок предоставить самому себе, он решит все проблемы. Конечно, в этой теории не было ничего нового. Это просто повторение старой идеологии о том, что при рыночной экономике спрос и предложение уравновешивают друг друга, гарантируя невозможность кризиса перепроизводства. Маркс уничтожил этот бред полтора века назад. На заявления о том, что рыночные силы «рано и поздно» разобьют всё, Джон Мэйнард Кейнс ответил: «в конечном счёте, мы все мертвы».

Сегодня камня на камне не осталось от этих устаревших иллюзий. Буржуазия и её стратеги погрузились в глубокую депрессию. В 1930-х Троцкий сказал, что буржуазия «катилась на санках прямо к катастрофе, закрыв глаза». Эти слова абсолютно применимы к сегодняшней ситуации. Словно они написаны вчера. Становится всё яснее, что капитализм исчерпал свой прогрессивный потенциал. Вместо развития промышленности, науки и техники, он постоянно подрывает их. Никто больше не верит постоянным заверениям, что вот-вот наступит восстановление. Производительные силы переживают застой или деградируют, фабрики закрыты, словно спичечные коробки, а миллионы выброшены на улицы.

Все эти симптомы показывают, что развитие мировых производительных сил вышло за узкие рамки частной собственности и национальных государств. Это и есть фундаментальная причина нынешнего кризиса, который ознаменовал банкротство капитализма в самом прямом смысле этого слова. Повсюду проявляются симптомы экономического, социального и политического кризиса. Мощная китайская экономика, которая сыграла важную роль в росте мировой торговли и экономики, резко замедляется, а Япония погрузилась в застой. Так называемые развивающиеся экономики оказались в кризисе. США переживают беспрецедентный общественный и политический кризис.

Европейский капитализм по другую сторону Атлантики тоже оказался в критическом положении. Тяжелое состояние Греции – яркое подтверждение болезни европейского капитализма. Но в Португалии и Испании не намного лучше. И Франция и Италия не далеки от них. После решения Британии выйти из ЕС, она оказалась в кризисе падения фунта и политической нестабильности. Буржуазные экономисты и политики и, прежде всего, экономисты, отчаянно разыскивают признаки восстановления. Они считают, что главное спасение – в восстановлении бизнес-цикла. Лидеры рабочего класса, профсоюзов и социал-демократии верят, что этот кризис – временное явление. Он воображают, что его можно решить некоторыми корректировками существующей системы, что панацея заключается в контроле и регулировании. Но это не нормальный и не временный кризис. Это фундаментальный поворотный момент, это исторический тупик капитализма. Лучшее, что можно ожидать – слабое восстановление, сопровождаемое высокой безработицей, долговременным режимом строгой экономии, а также сокращениями и падением уровня жизни.

Кризис буржуазной идеологии.

Марксизм – прежде всего, философия и взгляд на мир. В философских работах Маркса и Энгельса мы видим замкнутую философскую систему, но она содержит блестящие взгляды, которые могут чрезвычайно помочь современной науке, если их достаточно развить. Нигде кризис буржуазной идеологии не проявляется так очевидно, как в философии. На её ранних стадиях, когда буржуазия стимулировала прогресс, она была способна к созданию великих мыслителей: Гоббса, Локка, Канта и Гегеля. Но в эпоху старческого распада буржуазия не может создавать великие идеи. Фактически, она вообще не может создавать идеи.

Так как современная буржуазия неспособна к смелым обобщениям, она отрицает само понятие идеологии. Именно поэтому постмодернисты говорят о «конце идеологии». Они отрицают понятие прогресса просто потому, что при капитализме невозможен никакой прогресс. Энгельс написал однажды: «Философия и изучение реального мира так же относятся друг к другу, как онанизм и сексуальная любовь». Современная буржуазная философия предпочитает первое. Её навязчивая борьба с марксизмом отбросила философию в худший период старого, дряхлого и стерильного мира. Диалектический материализм – динамичный взгляд на понимание работы природы, общества и мысли. Это вовсе не устаревшая идея XIX века, это остро современный взгляд на природу и общество. Диалектика покончила с неподвижным, жёстким, безжизненным взглядом на вещи, который был свойственен старой механической школе классической физики. Она показывает, что, при определённых обстоятельствах, вещи могут превратиться в свою противоположность.

Диалектическое представление о том, что постепенное накопление небольших изменений может, в критический момент, превратиться в гигантский скачок, получило поразительное подтверждение в современной теории хаоса и её производных. Теория хаоса положила конец узкому механическому детерминизму, который доминировал в науке более ста лет. Уже в XIX веке марксистская диалектика предвосхитила то, что теория хаоса выразила математически: взаимосвязь вещей, органическую природу отношений между различными объектами и процессами.

Изучение фазовых переходов составляет одну из важнейших областей современной физики. Существует бесконечное число примеров этого явления. Переход количества в качество – универсальный закон. В своей книге «Повсеместность» североамериканский учёный Марк Буханэн показал это явление в сердечных приступах, лавинах, лесных пожарах, росте и снижении популяций животных, биржевых кризисах, войнах и даже в моде и школьном искусстве. Ещё удивительнее то, что это явление можно описать математической формулой. Эти удивительные законы были предвидены ещё Марксом и Энгельсом, которые поставили диалектическую философию Гегеля на рациональную (материалистическую) основу. Гегель в книге «Логика» писал: «В истории стало распространённой шуткой возникновение больших эффектов в результате малых причин». Это было задолго до появления «эффекта бабочки». Как извержения вулканов или землетрясения, революции – результат медленного и долгого накопления противоречий. В конечном счёте, процесс доходит до внезапного скачка.

Исторический материализм.

Каждая общественная система верит, что она - единственно возможная форма существования человеческих существ, а её институты, религия и мораль – последнее слово цивилизации. Именно в это верили каннибалы, египетские священники, Мария Антуанетта и Николай II. И точно в это же верил Фрэнсис Фукуяма, без каких-либо доказательств уверяя нас, что так называемая система «свободного предпринимательства» - единственно возможная система – как раз в то время, когда она начала разваливаться. Как Чарльз Дарвин, говоривший, что виды не неизменны, у них есть прошлое, настоящее и будущее, они изменяются и развиваются, Маркс и Энгельс говорили, что данная общественная система не есть что-то фиксированное. Аналогия между обществом и природой, конечно, только приблизительна. Но даже самое поверхностное исследование истории показывает, что нет оснований говорить о концах истории. Общество, подобно природе, переживает длительные периоды медленных и постепенных изменений, но этот процесс прерывается взрывными скачками – войнами и революциям, во время которых изменения резко ускоряются. Фактически, эти события – главная движущая сила исторического развития.

Коренная причина революционных изменений – тот факт, что данная общественно-экономическая система достигла своих пределов и неспособна больше развивать производительные силы. Марксизм анализирует скрытые движущие силы, которые стоят за развитием человеческого общества от ранних племён до современности. Материалистическая концепция истории позволяет нам понимать историю не как серию несвязанных и непредвиденных инцидентов, а как часть хорошо понимаемого и взаимосвязанного процесса. Это ряд действий и реакций, которые охватывают политику, экономику и весь спектр общественного развития.

Отношения между всеми этими явлениями – сложные диалектические отношения. Очень часто предпринимались попытки дискредитировать марксизм, используя карикатуры на его метод исторического анализа. Стандартное искажение заключается в том, что Маркс и Энгельс «уменьшили всё до экономики». Маркс и Энгельс неоднократно отвечали на подобный абсурд, как например, Энгельс написал в письме Блоху: «Согласно материалистической концепции истории, окончательный определяющий элемент в истории – производство и воспроизводство жизни. Ни Маркс ни я ничего не утверждали больше. Следовательно, если кто-то искажает это, заявляя, что экономический элемент – единственный определяющий элемент, он превращает это суждение в бессмысленную, абстрактную и пустую фразу».

Коммунистический манифест.

Самая современная книга, которую можно сегодня прочитать – Коммунистический Манифест, написанный в 1848 году. Действительно, можно изменить в нём ту или иную деталь, но во всех фундаментальных принципах идеи Коммунистического Манифеста также актуальны и верны сегодня, как и в середине XIX века. Напротив, огромное множество книг, написанных за последние полтора века, вызывают лишь интерес историков. Самое удивительное – как мало нужно менять в Манифесте сегодня, несмотря на прошедшие полтора века с его публикации. А наши современные «эксперты» должны стыдиться того, что они написали только вчера.

Самое поразительное в Манифесте – как он предвосхищает самые фундаментальные глобальные явления, которые занимают наше внимание в настоящее время. Рассмотрим один пример. В то время, когда писали Маркс и Энгельс, мир крупных транснациональных компаний был элементом очень отдалённого будущего. Несмотря на это, они объясняли, что «свободное предпринимательство» и конкуренция неизбежно приведут к концентрации капитала и монополизации производительных сил. Очень смешно читать заявления апологетов рынка по поводу предполагаемой ошибки Маркса по этому вопросу, ведь это одно из блестящих и точных его предсказаний. Сегодня абсолютно бесспорно, что процесс концентрации капитала, предсказанный Марксом, происходит и достиг беспрецедентных уровней.

В течение многих десятилетий буржуазные социологи пытались опровергнуть эти утверждения и «доказать», что общество становится более равным, и что, следовательно, классовая борьба столь же устарела, как и ткацкий станок или деревянный плуг. Они заявляют, что рабочий класс исчез, и все мы теперь – средний класс. Что касается капитала, будущее за малым бизнесом, а «малый - это красиво». Как нелепо звучат эти заявления сегодня! Экономика всего мира находится сейчас во власти менее 200 гигантских компаний, значительное большинство которых базируется в США. Процесс монополизации достиг беспрецедентных масштабов. Богатство крупнейших корпораций намного превышает богатство многих государств – поразительная иллюстрация растущей власти большого бизнеса. Исследование благотворительной организации Global Justice Now обнаружило, что число компаний в списке 100 самых богатых субъектов в мире подскочило в 2015 году до 69.

Всего 147 корпораций контролируют 40% мирового богатства. Эти мегакорпорации – настоящие правители глобальной экономики. 10 крупнейших корпораций (включая Walmart, Apple и Shell) делают больше денег, чем большинство страна мира, вместе взятые. Стоимость 10 крупнейших корпораций составила в 2015 году 285 трлн. долларов – это больше 280 трлн. долларов – стоимость беднейших 180 стран, включая Ирландию, Индонезию, Израиль, Колумбию, Грецию, Южную Африку, Ирак и Вьетнам. Ленин писал, что на империалистической (монопольно-капиталистической) стадии развития экономическая власть концентрируется в руках крупных банков. Его слова полностью подтверждаются нынешней ситуацией. В мировой экономике господствует финансовый капитал. Швейцарский федеральный институт опубликовал исследование под названием «Сеть глобального корпоративного контроля», которое показало, что небольшой консорциум корпораций – главным образом, банков – управляет всем миром.

Самые крупные банки: Barclays, Goldman Sachs, JPMorgan Chase & Co, Vanguard Group, UBS, Deutsche Bank, Bank of New York Mellon Corp, Morgan Stanley, Bank of America Corp, Société Générale. Спекулятивная деятельность этих мощных финансовых институтов, которые близко связаны со сложной паутиной инвестиционных схем, дериватитов и т.п., стала катализатором глобального финансового коллапса. Теоретик сложных систем Швейцарского федерального института Джеймс Глаттфелдер сказал: «В действительности, менее одного процента компаний смогли управлять 40% всей сети». Концентрация капитала сопровождается постоянным ростом неравенства. Во всех странах доля прибыли национального дохода достигла рекордно высокого уровня, в то время как доля зарплаты – на самом низком уровне. Глобальное неравенство растёт, и сейчас самый богатый 1% имеет столько же денег, что и половина населения планеты.

Подобно банде ненасытных каннибалов, эти гигантские компании постоянно пожирают друг друга в слияниях и поглощениях, тратя миллиарды долларов в безумном стремлении увеличить размер и доходность крупных монополий. Эта лихорадочная деятельность не отражает реального развития производительных сил, скорее наоборот. Этот корпоративный каннибализм неизбежно сопровождается сокращением активов, закрытиями фабрик и увольнениями – т.е. массовым и чрезвычайным разрушением средств производства и жертвами тысяч рабочих мест на алтаре Прибыли. Проповедуя необходимость строгой экономии, банкиры и капиталисты непрерывно обогащаются, получая рекордные прибыли на рабочем классе. В США работники в 3 раза повысили производительность, по сравнению с 10 годами ранее, но всё это время реальная зарплата падает. Прибыль быстро растёт, и богатые становятся ещё богаче за счёт рабочего класса.

Глобализация.

Возьмём ещё один яркий пример – глобализация. Сокрушительное господство мирового рынка – самое важное явление нашей эпохи, и, как предполагается, это новейшее открытие. На самом деле, глобализация была предсказана и объяснена Марксом и Энгельсом более 150 лет назад. В предисловии к их замечательному труду мы читаем: «Буржуазия путем эксплуатации всемирного рынка сделала производство и потребление всех стран космополитическим. К великому огорчению реакционеров она вырвала из-под ног промышленности национальную почву. Исконные национальные отрасли промышленности уничтожены и продолжают уничтожаться с каждым днем. Их вытесняют новые отрасли промышленности, введение которых становится вопросом жизни для всех цивилизованных наций, - отрасли, перерабатывающие уже не местное сырье, а сырье, привозимое из самых отдаленных областей земного шара, и вырабатывающие фабричные продукты, потребляемые не только внутри данной страны, но и во всех частях света. Вместо старых потребностей, удовлетворявшихся отечественными продуктами, возникают новые, для удовлетворения которых требуются продукты самых отдаленных стран и самых различных климатов. На смену старой местной и национальной замкнутости и существованию за счет продуктов собственного производства приходит всесторонняя связь и всесторонняя зависимость наций друг от друга. Это в равной мере относится как к материальному, так и к духовному производству. Плоды духовной деятельности отдельных наций становятся общим достоянием. Национальная односторонность и ограниченность становятся все более и более невозможными, и из множества национальных и местных литератур образуется одна всемирная литература».

Сегодня этот анализ блестяще подтверждён. Но когда писался Манифест, не было, практически, никаких эмпирических данных для этой гипотезы. Единственной по-настоящему развитой экономикой была только Англия. Развивающиеся промышленности Франции и Германии (последняя даже не существовала, как единое целое) всё ещё укрывались за тарифными стенами – об этом сегодня забывают западные правительства и экономисты, читающие лекции развивающимся странам о необходимости открытости. Так называемая глобализация – выражение неизбежной капиталистической тенденции выхода за границы национальных рынков, развивая и усиливая международное разделение труда. Это открывает великолепную перспективу будущего процветания и сотрудничества всех народов мира. Но при капитализме этот удивительный потенциал развития человека закутан в смирительную рубашку производства ради прибыли. Не только не улучшаются перспективы экономического и социального развития, но ухудшается грабёж всей планеты в интересах гигантских корпораций. Не только не уменьшаются противоречия и риски войн и конфликтов, но войны вспыхивают всё интенсивнее.

В мировом масштабе результаты глобализированной «рыночной экономики» выглядят ужасающе. В 2000 году у самых богатых 200 человек было столько же денег, что и у беднейших 2 млрд. По данным ООН, 1,2 млрд. человек могут потратить менее 2 долларов в день. 8 млн. мужчин, женщин и детей ежегодно умирают из-за нехватки денег на еду. Все согласны, что убийство 6 млн. евреев в нацистском холокосте – ужасное преступление против человечности, но все молча наблюдают ежегодное массовое убийство 8 млн. невинных людей, и никто не может высказать обвинения. Наряду с этими ужасными человеческими страданиями бурлит оргия непристойных прибылей и показного богатства. Согласно индексу миллиардеров Bloomberg 30 богатейших человек в мире контролируют потрясающую долю мировой экономики: 1,23 трлн. долларов. Это больше, чем ежегодные ВВП Испании, Мексики и Турции.

18 этих богачей – из США. 8 богатейших миллиардеров имеют столько же денег, что и беднейшая половина населения планеты – это самый опасный признак роста концентрации богатства. Возглавляющий список богачей, основатель Microsoft Билл Гейтс стоит 426 млрд. долларов. В этот список входят также основатель испанской сети одежды Zara Амансио Ортега и исполнительный директор Berkshire Hathaway Уоррен Баффет, мексиканский владелец конгломерата Grupo Carso Карлос Слим Хелу, основатель Amazon Джефф Безос, основатель Facebook Марк Цукерберг, исполнительный директор Oracle Ларри Эллисон, владелец Bloomberg news Майкл Блумберг.

Рациональный план производства.

Назрела необходимость гармонизации огромных ресурсов нашей планы с помощью рационального плана производства. Капиталистическая система – анархическая система, основанная на жадности и постоянном поиске новых способов эксплуатации и разорения планеты для увеличения богатства и власти немногих. Крупные корпорации показали безрассудное пренебрежение к экологии. В своём безумном стремлении к прибыли они уничтожили дождевые леса, отравили моря, истребили целые виды растений и животных и загрязнили воздух, которым мы дышим, воду, которую мы пьём, еду, которую мы едим. Капиталистическая система – смертельная угроза всей планете и самому существованию человеческого рода. Объективно говоря, для решения наших проблем существуют все средства. В руках человечества есть все необходимые технические и научные средства для уничтожения бедности, болезней, безработицы, голода, бездомности и всего остального зла, которое приводит к страданиям, войнам и конфликтам. Если это зло не ликвидировано, то не потому, что его нельзя ликвидировать вообще, а потому, что мы столкнулись с ограничениями экономической системы, которая основана только на прибыли.

Нужды человечества не вписываются в расчёты банкиров и капиталистов, которые правят планетой. Это ключевой вопрос, ответ на который определит будущее человеческого рода. Oxfam призывает к разработке новой экономической модели, которая изменила бы тенденцию к неравенству. Но, на самом деле, необходимо не изменение, а полная замена системы. Буржуазия стремилась разрушить все преграды, которые мешали развитию производительных сил при феодализме: местные налоги, валютные и тарифные барьеры, торговые пошлины, ограниченность и узость сельской жизни. Великим завоеванием буржуазии стало создание национального рынка, а на его основе – национального государства в современном смысле этого слова.

Но развитие производительных сил при капитализме давно вышло за узкие рамки национального рынка, который стал препятствием для экономического развития. Глобализация – лишь следствие того факта, что национальное государство перестало приносить пользу и стало помехой для человеческого прогресса. Два главных барьера для развития человечества: частная собственность на средства производства и устаревшее варварское национальное государство. Историческая задача пролетариата – снести эти барьеры ради прогресса цивилизации. Частная собственность будет заменена на демократическое плановое производство. А национальное государство будет отправлено в запасник музея предметов старины. Социалистическая революция сметёт все национальные барьеры и высвободит огромный потенциал для развития производительных сил через создание мировой социалистической федерации, которая объединит безграничные ресурсы нашей планеты, чтобы справедливо удовлетворить нужды всего человечества, а не нескольких супербогатых паразитов.

Классовая борьба.

Исторический материализм учит нас, что бытие определяет сознание. Идеалисты всегда считали сознание движущей силой всего человеческого прогресса. Но даже самое поверхностное изучение истории показывает, что человеческое сознание всегда отстаёт от бытия. Оно вовсе не склонно к революционности, скорее оно консервативно. Большинству людей не нравится идея перемен, и ещё меньшая его часть мечтает о насильственных потрясениях, которые могут создать новое бытие. Они склонны цепляться за знакомые идеи, привычные институты, традиционную мораль, религию и общественные ценности. Но все вещи могут измениться на прямо противоположные, как учит диалектика. Рано или поздно сознание догонит реальность, но это будет взрывной скачок. Именно это и есть революция.

Марксизм объясняет, что, в конечном счёте, ключ ко всему социальному развитию – развитие производительных сил. Пока общество продвигается вперёд, т.е. пока оно способно к развитию промышленности, сельского хозяйства, науки и техники, оно считается жизнеспособным большинством людей. В этих условиях они не подвергают сомнению существующее общество, его мораль и законы. Напротив, они считают всё это естественным и неизбежным, как восход и заход солнца. Необходимы большие события, чтобы массы решились сбросить тяжёлое бремя традиций, привычек и рутины, обратившись к новым идеям. Этому учит материалистическая история, что блестяще выражено Карлом Марксом в знаменитой фразе: «социальное существо определяет сознание». Чтобы разоблачить нежизнеспособность старого порядка и убедить массы в необходимости его свержения, необходимы великие события. Это процесс не машинальный и требует времени.

Раньше казалось, что классовая борьба в Европе ушла в прошлое. Но сейчас все накопившиеся противоречия всплыли на поверхность, подготавливая путь для взрыва классовой борьбы. Везде, включая США, назревают бурные события. В любой момент могут произойти непредвиденные перемены. Когда Маркс и Энгельс писали Манифест, они были молодыми людьми - 29 и 27 лет, соответственно. Они писали в эпоху чёрной реакции. Рабочий класс был неподвижен. Манифест был написан в Брюсселе, где его авторы вынуждены были скрываться от политических репрессий. Однако, когда Коммунистический Манифест сошёл с печатного станка – в феврале 1848 года – на улицах Парижа уже бушевала революция, которая вскоре распространилась на остальные европейские страны.

Мы вступаем в очень нестабильный период, который продлится несколько лет. Аналогичный период был в Испании в 1930-37 годах. Будут поражения и неудачи, но в этих условиях массы быстро учатся. Конечно, мы не должны преувеличивать: мы всё ещё находимся в самом начале радикализации. Но совершенно очевидно, что мы наблюдаем начало перемен в сознании масс. Всё больше и больше людей сомневается в капитализме. Они открыты для марксистских идей. В ближайшее время идеи, о которых говорила лишь небольшая группа революционеров, захватят миллионы. Поэтому мы можем прямо ответить мистеру Фукуяме: история не закончилась. На самом деле, она только начинается. Когда будущие поколения оглянутся на нашу «цивилизацию», они почувствуют то же, что мы чувствуем, вспоминая каннибалов. Предварительное условие для достижения более высокого уровня человеческого развития – окончание капиталистической анархии и организация рационального, демократического и планового производства, при котором мужчины и женщины смогут сами контролировать свои жизни.

«Это невозможная утопия», - скажут нам самозваные «реалисты». Но это выглядит невозможным при существующей системе, которая создала все нынешние проблемы человечества и довела мир до такого жалкого состояния. Говорить, что человечество не может найти лучшую альтернативу закону джунглей – чудовищная клевета на человеческий род. Используя колоссальный потенциал науки и техники, освободив их от кандалов частной собственности и национального государства, можно будет решить все проблемы, которые угнетают наш мир и угрожают ему разрушением. Реальная история человечества начнётся только тогда, когда люди положат конец капиталистическому рабству и сделают первые шаги к свободе.


Источник: Why we are Marxists, Alan Woods, marxist.com, December 13, 2010.

Tags: Англия, История, США, идеи, империя, кризис
Subscribe

Posts from This Journal “идеи” Tag

  • Американская аномия.

    Французский социолог Эмиль Дюркгейм в своей классической книге «О самоубийстве» исследовал разрыв социальных связей, который толкает отдельных…

  • О единстве, политике и свободе.

    Мы все едины. Осознанное восприятие реальности показывает, что весь наш опыт в этом мире неотделим от сознания, через которое он проявляется, и это…

  • Можно ли сопротивляться официальной пропаганде?

    Новый опрос Gallup сообщил о падении мнения американцев о России и Китае до исторических минимумов: 79% населения негативно относятся к Китаю и…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment