antizoomby (antizoomby) wrote,
antizoomby
antizoomby

Categories:

Американская агрессия в Корее.


Когда я думаю о Северной Корее, первое, что приходит в голову – туман над спокойной и величественной поверхностью реки Тэдон близ Пхеньяна. Затем я всегда вспоминаю двух сидящих на берегу влюблённых, которые слились в нежных и почти отчаянных объятьях. Я видел их каждое утро, когда прогуливался по набережной. Теперь я не могу с уверенностью сказать, были ли они на самом деле, или это просто плод моего воображения и грустное и тонкое напоминание о том, что потеряно, и о том, что должно было произойти, но так никогда не случилось.

В данный момент «армада» Дональда Трампа спешит к берегам Китая и КНДР, а я вспоминают приятные моменты: утёс, влюблённых и одинокого рыбака с длинной удочкой на противоположном берегу реки. Все мои воспоминания о тех рассветах теперь неизменны, безмятежны. Иногда я задаюсь вопросом: имеют ли слова ту силу, какую имели когда-то? В прошлом прекрасное стихотворение, покаяние или признание в любви могли изменить жизнь человека, а иногда - судьбу целой страны. Но так ли это в наше время? Как писатель, я часто чувствую тщетность и даже отчаяние. Но как интернационалист, я отказываюсь уступать пессимизму, и снова и снова пытаюсь использовать слово в качестве оружия.

Я много писал о Северной Корее. Я снимал фотографии. Я говорил о невообразимой боли, которую испытала эта страна. Я рассказывал о её щедрости при оказании помощи в борьбе за свободу и образование различных стран, включая огромный и опустошённый африканский континент. Но пропаганда против народа КНДР по-прежнему сильна. И поэтому я буду повторять свои рассказы. Северная Корея - прекрасная страна, населённая людьми с горячей кровью. Несмотря на то, что вам прямо или косвенно говорят, эти люди чувствуют боль и способны испытывать огромную радость. Как и другие, они часто мечтают, влюбляются и страдают, когда их оскорбляют, предают и бросают. Они смеются и плачут, они держатся за руки, злятся и даже отчаиваются. Они надеются на улучшение жизни и упорно работают, чтобы построить своё будущее.


Бесплатные жилые дома в КНДР.

Поэтому слушай внимательно, управитель или начальник того, что ты сам называешь «свободным миром». Или я должен называть тебя президентом? Ладно, хорошо, президент… Если ты выстрелишь своими ракетами Tomahawk в них, в КНДР (как недавно сделал в Сирии), или если сбросишь на них свою кровавую «мать всех бомб» (как недавно сделал с одной забытой богом деревней в Афганистане, просто чтобы показать свою злость и разрушительную силу), их тела будут разорваны, люди умрут в жестоких муках; жены будут в отчаянии кричать, хороня своих мужей, бабушки и дедушки будут вынуждены накрывать белыми простынями мёртвые тела своих крошечных внуков, целые районы и деревни перестанут существовать.

Конечно, вы делаете это везде; вы думаете, что вы – хозяева мира, настолько вы привыкли к распространению мучений и опустошений по всему миру, но позвольте мне ещё раз напомнить: это может выглядеть как забавная компьютерная игра или телевизионное шоу, но это не так; это всё реально, когда ваше дерьмо попадает в цель, это чертовски реально! Я много видел этого, и мне действительно хватило! Я знаю, что это не то, что вам говорят, и не то, что вы говорите другим.

Северные корейцы, якобы, выглядят и ведут себя как нация безмозглых роботов, не способных на элементарные эмоции и индивидуальность, смотрящих прямо, многого не видя, не чувствуя боль, сострадание и любовь. Вы не хотите видеть правду, реальность, и хотите, чтобы другие были слепыми. Даже если вы разрушите всю КНДР, вы ничего не увидите, вы почти ничего не увидите: кроме собственных ракет, летящих с линкоров и подводных лодок, ваших самолётов, взлетающих с авианосцев, а также компьютерных изображений мощных взрывов. Ни боли, ни реальности, ни мучений: ничего не дойдёт до тебя и твоих граждан. Это ты слепой, а не они.


Андрэ Влчек в КНДР (второй справа) с делегацией Рэмси Кларка.

Тебе действительно нравится это, не так ли? Признайся, что так. Давай прямо. И многим гражданам Запада это тоже нравится – новые захватывающие впечатления, бесплатные «развлечения» и желанный побег от страшной и пустой, серой, лишённой любви и наполненной бессмысленной рутиной жизни в Северной Америке и Европе. Сотни миллионов прилипли к экранам своих телевизоров. В последнее время твоя популярность падает, не так ли? Чем больше ракет ты запускаешь, чем больше бомб сбрасываешь, чем в большем числе стран ты сеешь страх и насилие, тем шире становится твоя «база поддержки». В конце концов, ты – бизнесмен. Торговлю, сделку легко понять: ты даёшь большинству своих людей то, чего они хотят, и они дарят тебе поддержку и восхищение. Правда, это не так, если всё это лишить «политкорректности».

Психолог Юнг назвал эту культуру «патологической». Она уже разрушила почти все континенты Земли. И теперь, возможно, пытается добить остатки мира. Тем не менее, ты должен полностью знать и понимать главное: ты можешь получить сейчас щедрую поддержку своих психически больных граждан, но если ты взорвёшь КНДР или какую-нибудь другую страну на Земле, и если нам, как планете, всё-таки удастся выжить, ты и ваша «культура» будете прокляты на долгие века и тысячелетия! Подумай об этом. Это действительно стоит того? Возможно, тебе наплевать на проклятье. Но скорее всего, нет. И всё же попробуй подумать и представить: ты останешься в истории как дегенеративный массовый убийца и изувер!


Станция метро в КНДР.

Три года назад я писал о 60-летней годовщине Дня Победы в КНДР:
«Духовой оркестр начинает играть ещё одну военную мелодию. Я надвигаю камеру на пожилую женщину, её грудь украшена медалями. Когда я готов нажать на кнопку затвора, две большие слезы начинают катиться по её щекам. И внезапно я понимаю, что не могу фотографировать её. Я действительно не могу. Всё её лицо в морщинах, но оно юно и бесконечно нежно. Это моё лицо. Думаю, именно его я искал все эти дни. И всё же, я не могу нажать на кнопку затвора моего Leica. Что-то сжимает моё горло, я начинают рыться в сумке в поиске какой-нибудь ткани, потому что мои очки затуманились, и несколько минут я почти ничего не вижу. Я всхлипываю один раз, но никто не слышит этого из-за громкой игры оркестра.

Позже я приблизился к ней, поклонился и она ответила мне тем же. Мы заключили наш сепаратный мир посреди кипящей центральной площади. Я внезапно чувствую себя счастливым. Мы оба что-то потеряли. Она потеряла больше. Я уверен, что она потеряла минимум половину своих любимых в те прошлые боевые годы. Я тоже кое-что потерял, я потерял уважение и причастность к культуре, которая продолжает править миром; к культуре, которая когда-то была моей, к культуре, которая продолжает отнимать у людей их лица, и сжигать их тела напалмом и огнём. Это 60-летний юбилей Дня Победы в КНДР. Юбилей, отмеченный слезами, седыми волосами, потрясающими салютами, парадами и «воспоминаниями о пожарище».

В тот вечер, вернувшись в столицу, я, наконец, добрался до реки. Она была покрыта нежным, но непроглядным туманом. На берегу сидели двое влюблённых, неподвижно, в молчаливых объятьях. Волосы женщины мягко падали на плечо её возлюбленного. Он с благоговением держал её руку. Я машинально поднял свою большую профессиональную камеру, но резко остановился, испугавшись, что камера не увидит то, что видят мои глаза и отражается в моём мозге».
Так мне запомнилось это событие.

Запад уже убил несколько миллионов северных корейцев. Сколько ещё должно исчезнуть, чтобы не сдаваться? Какова цена за отказ покориться империи? Ещё один миллион или десять миллионов? Назови цифру, пожалуйста – ты бизнесмен, поэтому назови цену прямо! КНДР никогда ни на кого не нападала. США, которые заявляют теперь, что «чувствуют себя в опасности» напали на десятки и десятки стран, ограбили миллионы человек, изнасиловали свободу, демократию и культуру всего мира.

В моей голове сохраняется одна картина, о которой я расскажу всем своим читателям, даже рискуя свалиться в сентиментальность. На этот раз мне плевать; сейчас не время для «полированного и элегантного стиля». Вот, что я хочу сказать. Однажды, мне удалось оторваться от нашей делегации. Это было в столице, в Пхеньяне. Я просто шёл и шёл вдоль могучей реки, через огромный парк с древними укреплениями.

Я заметил девочку, крошечную, с длинной лентой в волосах. На ней были белые туфли. Начался закат. Её мать, простая, но красивая женщина, говорила с ней. Было ясно, как она любит и лелеет свою дочь. Они обе не могли меня видеть; я наблюдал с некоторого расстояния. Между ними было много нежности и безмятежности. Мать ласкала лицо дочери, объясняя что-то, указывая на деревья. Их лица были расслаблены, ни страха, ни напряжения, только любовь.

Я пошёл дальше, и в том же парке увидел пару, окружённую группой людей. Это была семейная фотоссесия. Видимо, это была свадьба; он был одет в строгий костюм, а она – в свадебное платье. Затем я заметил, что почти всё лицо мужчины скрывают чёрные солнцезащитные очки. Он был слепым. Скорее всего, его лицо сильно обгорело. Его невеста была привлекательна и моложе его. Она была счастлива! Она всё время болтала и весело смеялась. Я был ошеломлён. На Западе люди предают друг друга, бросают родных из-за малейших неудобств или сомнений, и по другим эгоистичным причинам. А здесь молодая привлекательная женщина счастливо прижимается к своему тяжелораненому мужчине, чтобы они могли идти тесно прижавшись, бок о бок, всю оставшуюся жизнь.

За несколько часов в этом парке я увидел много северо-корейского. Я столкнулся с самой укреплённой границей на Земле. Я познакомился с философией и обсудил её. Я понял, как Запад пытается дегуманизировать своих врагов, разговаривая с вице-президентом Постоянного комитета Высшего народного комитета Ян Хён Собом. Я поговорил о философии и экзистенциализме с великим теологом и философом Джоном Коббом во время автобусной поездки из Пхеньяна на границу.

Во время этой поездки я увидел большие торжества. Там были тщательно продуманные выступления и мероприятия, демонстрации и музыка. Однако, ничто не тронуло меня так сильно, как те моменты в парке. Там я увидел нежность матери к ребёнку и естественную и прекрасную радость любви спокойной и благородной девушки к своему слепому и раненному жениху. Это Северная Корея, которую мне посчастливилось наблюдать своими глазами. Это Северная Корея, о которой хочет «позаботиться» (т.е. уничтожить) начальник «свободного мира». Это Северная Корея, в которой существует такая большая земная любовь, что никакое варварство, никакое насилие не сможет победить её.


Один из многих театров в Пхеньяне.

Это не обычный для меня очерк. Это не философия и не репортаж. Я не знаю, что это. Мне это не важно. Я просто хочу поделиться с моими читателями: что-то сидит внутри меня, что-то трескается, кричит и восстает против положения вещей. Я уверен только в одном: я хочу прямо сейчас в Пхеньян. Я хочу вернуться, хотя меня никто не приглашал.

Если надзиратель, хозяин «свободного мира» решит напасть, я хочу быть на ногах и готовым к бою с его кораблями и ракетами. Также как всегда, без каски и бронежилета, только с моими камерами, ручкой и блокнотом, и с крошечным азиатским драконом – счастливым амулетом в кармане. Я не буду бояться. Уверен, большинство граждан Северной Кореи не будут бояться. Бояться будут только те, кто готов совершать массовые убийства, снова и снова, во всех уголках мира.


Источник: Trump – In North Korea You Will Be Murdering Human Beings!, Andre Vltchek, truepublica.org.uk, April 22, 2017.

Tags: Андре Влчек, Корея, США, война, демократия, дети, идеи
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments