antizoomby (antizoomby) wrote,
antizoomby
antizoomby

Category:

Куба не рухнет!


Я не знаю, кто придумал слухи, что Куба сталкивается со смертельной опасностью, заблудилась и может рухнуть в любой момент. Эти слухи и предположения настолько давно крутятся среди североамериканских и европейских левых, что они уже сами поверили в их реальность. Я знаю и люблю Кубу, и восхищаюсь ей. Это исключительно сильная, решительная и стойкая страна. Прочитав все тревожные сообщения, я решил вернуться и поговорить с самими кубинцами. Я снова отправился на Кубу, как только закончил работу на страдающем от войны Ближнем Востоке, и в Южной Америке, которая оказалась под ударом прозападных контрреволюционных клик.

На этот раз я решил проехаться на машине по отдалённым деревням и революционно-историческим местам, а также посетить территорию, украденную у Кубы западным империализмом – залив Гуантанамо. Я проехал более 1000 километров по востоку и западу страны. Я работал в Сантьяго-де-Кубе, Гуантанамо, Гаване, Заливе Свиней, Плайа-Хирон и в одном из самых отдалённых (а перед революцией бедных) районов страны – Сиенага-де-Сапата. Я посетил Prensa Latina и ICAIC в Гаване, но на этот раз главной моей целью было поговорить с простыми кубинцами. Они знают о смертельной опасности, грозящей с Севера? Они готовы пойти на компромиссы? Действительно ли их революционный дух ослаб?

Мой вывод ясен и решителен: «Нет! Куба не рухнет. Кубинский народ знает, он слишком хорошо знает, что скрывается за сладкими речами политиков США. Он не уступит и не продаст революцию». Опасность с запада реальна, это точно. Она всегда существовала и всегда была реальной. Принуждение, уловки, макиавеллевская политика – всё это будет использоваться в попытке подорвать и даже уничтожить Кубинскую Революцию. Но не верьте ни секунды, что кубинцы не понимают, чего пытается добиться империя. Куба в течение нескольких десятилетий отстаивает свои идеалы. Она добилась больших успехов. Она сильна как никогда. Я убеждён, что она выстоит и сейчас.

Перед тем как продолжить, я хочу предложить тем, кто думает иначе, и кто действительно волнуется: прилетайте на Кубу и помогайте, если вы считаете, что страна сталкивается с беспрецедентной угрозой. Ездите по стране, говорите с людьми, работайте, пишите, снимайте фильмы и фотографии. Поддержите Кубу за границей. Покупайте её продукты, слушайте музыку, смотрите фильмы, читайте книги. Тратьте деньги на Кубе, вместо Таиланда, Виргинских островов и Египта, если вы хотите позагорать. Сделайте что-нибудь реальное, что-нибудь конкретное. Куба – самая интернациональная страна на Земле. Она демонстрировала солидарность с десятками угнетённых и бедных стран. Она уже много сделала для всего остального мира. Теперь сделайте что-нибудь и вы ради Кубы, вместо того, чтобы пророчить ей коллапс! Сделайте это, если вы волнуетесь о её будущем, и даже если не волнуетесь.

Как известно, Сантьяго-де-Куба – храбрый и энергичный город. Именно здесь 26 июля 1953 года началась Кубинская революция. Именно здесь похоронен великий поэт, писатель и национальный герой Хосе Марти. Именно здесь 1 января 1959 года Фидель Кастро объявил о победе революции с балкона мэрии. Подобно бразильскому Сальвадор-Бахиа, Сантьяго-де-Куба дал миру несколько великолепных музыкантов. В легендарном Каса де ля Трова и многих других клубах, кабаре и мюзик-холлах города смешанные пары всех рас танцуют под энергичные ритмы сон и сальсы. На Кубе неизвестен расизм, это какая-то иностранная особенность. Когда я сидел на втором этаже Каса де ля Трова, молодой китаец обменивался любовными замечаниями с чернокожей девушкой, а несколько смешанных пар танцевали щека к щеке на старом паркетном полу прямо перед сверкающей и впечатляющей группой.

Здесь не нужна «политкорректность». Здесь не принуждают к терпимости. Расовое и гендерное равенство здесь естественно, инстинктивно, это следствие Революции. Множество кубинцев боролись и погибли за освобождение африканских стран от западного империализма. Тысячи кубинских врачей и учителей до сих пор работают в самых бедных и отдалённых странах мира. Кубинская революция боролась за гуманизм. Она до сих пор борется, она стоит на стороне угнетённых мужчин, женщин и детей. Цвет кожи не имеет значения. Для всех кубинцев совершенно ясно: каждый человек, каждая раса имеет право на достойную жизнь. Это «мой Коммунизм». Куба – моя «Родина-Мать». И именно поэтому западный империализм ненавидит Кубу. Именно поэтому он использует ядовитую пропаганду, чтобы дискредитировать Кубинскую Революцию. Именно поэтому он пытается столкнуть страну с коммунистического курса, используя все возможные средства: прямые атаки, эмбарго и новую макиавеллевскую политику «нормализации».

Игнасио Гуэрра Батанкур – математик из Сантьяго-де-Куба – решительный сторонник Революции и кубинской коммунистической системы: «Конечно, люди боятся Обамы и его мотивов, которые скрываются за недавним визитом на Кубу. Он приезжал просто, чтобы нормализовать отношения между нашими двумя странами? Я сомневаюсь в этом! Но к счастью, в венах кубинского народа циркулирует ещё много революционной крови. И он мудр! Большинство не желает снова стать колонией, и снова жить при капитализме. Мы просто хотим немного улучшить экономическую ситуацию, но значительное большинство довольно и тем, что есть. Мне 64 года…»

Он выглядит на 50:
«Я помню, как было до революции. Жестокость, унижения… Мы должны были мириться с голодом, невежеством и эксплуатацией. При коммунизме всё изменилось. Теперь я не богат. Нисколько! Мы с женой упорно работали всю свою жизнь. Она работала в международной медицинской бригаде. И все наши родственники получили великолепное образование. Моя жена – врач, наш сын – нейрохирург. У нас нет многого, но у нас достаточно вещей; всё, что нужно, у нас есть. И наши жизни имеют значение».

«Но теперь США, безусловно, пытаются дестабилизировать Кубу…»
«Конечно! Мы знаем это. Те, кто говорит, что не знает – сторонники заговора против коммунистической Кубы. Мы видим, что делает Запад по всему миру. Но Кубе не дадут рухнуть. Североамериканцы испробуют все уловки, но они не посмеют напасть на нас. Потому что они помнят Залив Свиней и Плайа-Хирон. У этой страны большое сердце, но оно может быть жёстким. У нас есть сила. Мы не дадим исчезнуть этой системе».
Я сказал ему, как сильно люблю его страну. Он обнял меня. «Добро пожаловать!» - сказал он. - «Живи здоровой и долгой жизнью! И возвращайся в Сантьяго-де-Куба, сынок. Настоящим друзьям здесь всегда рады. Мы будем ждать тебя».

Плайа-Хирон… Здесь Запад рискнул. И проиграл, эффектно. Вся страна мобилизовалась. Всего за одно мгновение этот зелёный и нежный остров превратился в монолит, в каменный барьер. «Они» не прошли! Люди, которых они собирались «освободить» остановили их. Я прибыл в Плайа-Хирон, проехав из Гаваны 250 километров, сначала по 6-полосному шоссе, потом по 2-полосной дороге. Я ехал на Chevrolet 1952 года, заботливо восстановленном, блестящем и всё ещё надёжном дружелюбном монстре.

Куба меняется впечатляюще – я видел это своими глазами. Ужасные годы экстремальных жертв закончились. На всём острове построены замечательные дороги, удобные места отдыха и автозаправки. «Посмотри на апельсиновые фермы!», - говорит мой друг Дариел, помогающий мне вести машину. - «А вот огромная плантация сахарного тростника… а там кукурузы…». Поля хорошо обрабатываются, деревни вдоль дороги просты, но чисты и самодостаточны, в них есть медпункты, школы и все основные услуги. Куба не выглядит богатой, но она не бедствует. И она выглядит намного лучше, чем во время моего последнего приезда, три года назад. Она определённо не «разваливается». Она не рушится. Она растёт, улучшаясь и развиваясь. Чтобы не замечать и отрицать этот прогресс, необходима исключительная контрреволюционная дисциплина.

В маленьком, но очень информативном музее Хирон я увидел фотографии, карты и документы, которые рассказывают о жестоком нападении в апреле 1961 года, которое организовалось и финансировалось США с целью свержения правительства Кубы. Более 1500 наёмников и кубинских мигрантов высадились в двух точках Залива Свиней. 72 часа тяжёлые сражения бушевали в Сиенага-де-Сапата. И захватчики потерпели поражение. Теперь дорога, проложенная от автострады к Плайа-Хирон, приводит к монументам павшим кубинским мужчинам и женщинам, которые защитили Родину от нападения самой могущественной империалистической страны в мире.

Многочисленные эмоциональные плакаты напоминают путешественникам: «Хирон – первое огромное поражение янки-империализма в Латинской Америке!» и «Родина или смерть!» Я спросил работницу музея, считают ли местные жители это место просто историческим местом, или они понимают, что совершённый здесь теракт стал прообразом всех современных западных терактов, которые проводятся по всему миру? Она ответила довольно ясно: «Мы хорошо знаем, что происходит в мире. Мы смотрим новости, мы смотрим TeleSur и мы обсуждаем события. То, что здесь произошло – всего лишь пример тысяч террористических преступлений империализма».

Я рассматриваю фотографии разрушенных гражданских аэропортов, раненых и убитых кубинцев. Вот обувь женщины, которая потеряла свою жизнь во время бомбардировки аэропорта. На западном языке это называется «неудавшимся вторжением». Я называю это терроризмом. На огромном автобусе подъехала смешанная группа туристов из США и Канады. Шумно и без уважения они начали фотографироваться перед монументами и выставочной военной техникой. Не было никаких чувств на их лицах: ни чувств, ни сожалений. Я подошёл к пожилой паре из Миннесоты: «Это вызывает в вас что-нибудь?» - спросил я. «Ну, здесь было сражение, верно?» - ответил мужчина с широкой, но пустой усмешкой. «Да, здесь было сражение», - сказал я и повернулся.

Когда я был на Кубе, Фидель Кастро выступал на закрытии 7-го Конгресса партии: «У всех у нас есть конец, но идеи кубинских коммунистов останутся доказательством, что на этой планете, работающей с пылом и достоинством, может производиться материальное и культурное богатство, которое необходимо людям, и для этого мы должны упорно бороться. Мы должны показать нашим братьям в Латинской Америке и по всему миру, что кубинский народ победит. Возможно, я в последний раз говорю в этом зале. Я голосовал за всех кандидатов, выдвинутых Конгрессом, и я ценю приглашение и оказанную мне честь. Я поздравляю всех вас, и во-первых, компаньеро Рауля Кастро за его великолепные усилия. Мы продолжим движение вперёд, и мы усовершенствуем то, что должны усовершенствовать, с предельной лояльностью и единой силой, как Марти, Масео и Гомес».

На Кубе всё, от защиты страны до сохранения экологии, считается революционным актом. Я проехал через впечатляющую биосферу Сиенага-де-Сапата - место всемирного наследия. Днём огромная армия красочных крабов пересекает дорогу. Весь район нетронут и некоммерциализирован. Я бормочу своему водителю, что крабы, безусловно, выиграли от социализма, а также мангровые леса, болота и пляжи. Он соглашается. В далёкой деревне Соплиллар я встречаю маленький музей и прекрасную библиотеку с впечатляющей коллекцией книг. Столы и стулья – ручной работы, сделаны с любовью, как и согревающие сердце игрушки.

За всё это отвечает Педро Амаури Сантос Льямбио – университетский профессор, страстно влюблённый в сельское образование. Несколько дней в месяц он преподаёт в городском университете, но остальное время посвящает этим музею и библиотеке, которые расположены в 5 километрах от берега Залива Свиней. «Вы не поверите, но в этой огромной области Сиенага-де-Сапаты до революции было всего четыре школы. Дети страдали от недоедания. Голод и страдание были повсюду. Всё, что вы видите сейчас – прямой результат Революции».

Товарищ Педро Амаури сам себя называет книжным червем. И он знает многих революционеров на Кубе и в других странах. Он даже встречался с одной из дочерей Ноама Хомского. Он убеждён, что Куба не рухнет. Он доверяет социализму. Он учит людей, рассказывает им об истории и обсуждает с ними события в мире. «Куба очень сильна. Мы всё сделали своими руками. К нам приезжают многие европейцы. Я не знаю почему… как они находят меня? Это место вдали от больших городов… Но они приезжают: мыслители, писатели и журналисты… Мы беседуем. Я открыт с ними. Я говорю: всё, что сейчас происходит в Европе, вызвано резнёй и грабежом, которые вы распространяли по всему миру», - сказал он.

Я сказал ему, что недавно я выступил в итальянском парламенте, где сказал практически те же самые слова главным политикам этой страны. А также я сказал ему, что в будущем собираюсь вернуться и провести тут некоторые время, беседуя с деревенскими жителями и читая книги в его библиотеке. Мы жмём друг другу руки и обнимаемся. Я поговорил ещё с несколькими людьми в деревне. Куба не собирается разваливаться. Я чувствую это. Но она в опасности, и мы будем бороться за неё. Если смотреть отсюда, то это очень просто!

Я немного поработал в Гаване. Там сложнее, чем в провинции. Я встречался с художниками, кинорежиссёрами, журналистами и владельцами частных ресторанов. Их язык разукрашенный, они тщательно подбирают слова. Были разговоры о «мире» и «понимании». Некоторых людей в Гаване не волнует политика, но многих волнует. Я понимаю, почему многие иностранцы, посетив только Гавану или пару туристических пляжей, чувствуют, что Куба теряет революционный дух. Но даже в Гаване, «бизнесмены» - это одно, а обычные люди - совсем другое. И конечно, великие кубинские интеллектуалы и художники практически единодушно поддерживают Революцию. Но в этот раз я решил не тратить слишком много времени в компании моих революционных товарищей. Я хотел узнать, что думают в провинции и деревне. Я отправился в другой конец страны, в Комунидад Глориету, в нескольких километрах от залива Гуантанамо, рядом с «границей» с США.

Я остановил молодую женщину посреди улицы. Ей 28 лет, работает в видео-магазине. Её зовут Йарай. Это случайный выбор. Я спросил её, знает ли она, что происходит за колючей проволокой, на оккупированной территории? Она знала. Это пугает её? «Пугает? Конечно, нет! Я надеюсь, что никогда не будет войны с гринго… Конечно, мы хотим, чтобы эта земля, эта база, была возвращена Кубе. Нам не нравится, что они тут. Но, боюсь ли я? Нет, нисколько!»

Другие деревенские отвечали примерно также. Я часто говорю «страх». Я спрашиваю людей: «боятся ли они». Потому что многие мои друзья по всему миру беспокоятся, говоря, что Куба не выживет, что скоро её сметут с лица земли. В городе Гуантанамо я видел огромные игровые площадки, заполненные детьми. Было воскресенье, и тысячи людей гуляли, играли и болтали. Ещё один прекрасный кубинский исторический город! Я встретил расслабленную и оптимистичную атмосферу. Тут я тоже разговаривал с прохожими. Некоторые возмущены базой, некоторым всё равно. Но нет никакого страха, и все совершенно уверены, что кубинская политическая система выживет.

Около Гуантанамо большой плакат гласил: «Добро пожаловать в Гуантанамо! Первый анти-империалистический оборонительный рубеж». Мой местный водитель перефразировал Че. Раньше он работал школьным учителем. Теперь он пенсионер, но хочет «сохранять занятость». Когда я сказал ему, что устал, он рассмеялся: «Че часто говорил, что настоящие революционеры не имеют права уставать. Все, кто устаёт, могут уставать. Но тогда они не имеют права называть себя революционерами». Это Куба.

«В таком случае, давайте остановимся на быстрый кофе», - улыбнулся я, - «и снова за работу!» «Так-то лучше», - захохотал он, ударив меня по спине. Вдруг появилась база, прямо передо мной, внизу. Огромная, навязчивая, отвратительная, совершенно неуместная. Незаконно оккупированная кубинская земля. Империалистическая цитадель. Я скорчил гримасу. Венесуэльские путешественники заметили моё выражение. Девочка спросила: «Que mierda, no?» Да, это дерьмо!

Я кивнул. Ничего не надо было добавлять. Она выразилась совершенно точно. «Если Обама действительно хочет улучшить отношения между двумя странами, он должен сначала вернуть Гуантанамо Кубе», - сказал я. Они пожали плечами, будто говоря: «мы это понимаем». В Венесуэле люди отлично понимают, что такое империалистические болваны-янки. По дороге наш автомобиль остановили на КПП. Полиция Кубы редко останавливает автомобили, но около «границы» ситуация более напряжённая. Полицейским оказалась юная девушка. «Как дела?», - спросил я. «Здесь как в печке», - ответила она. - «Такая жара! Наверно больше 35 градусов».

У ней закончились сигареты, и она явно устала. По дороге я купил местные сигареты и лимонад Loma Grande. Возвращаясь в город Гуантанамо и Сантьяго-де-Кубу, я предложил ей и то и другое: «Это вам». «Ты хочешь подкупить меня, красавчик!», - легко засмеялась она. Она открыто флиртовала со мной самым невинным и естественным образом. Я знал, что должен ответил ей комплиментом, иначе оскорблю её. Так принято на Кубе. Некоторое время я подбирал слова. Западная политкорректность сделала меня косноязычным. У неё были красивые глаза, угольно-чёрные волосы и большой пистолет на бедре. «Гринго никогда не пройдут через этот КПП», - сказал я. - «Они застынут, столкнувшись с твоей красотой».

Это было неуклюже. У меня не хватает практики, но это сработало. Она улыбнулась счастливо. Она обняла меня, на мгновение прижалась своим хрупким телом ко мне и поцеловала в щёку. На секунду мы почувствовали лёгкость, но вокруг всё было серьёзно, всё реально. Кубинские танки стояли поблизости, их пушки были направлены на базу. Бункеры и колючая проволока ясно говорили, где мы находимся. Да, это «первый империалистический оборонительный рубеж». Я хорошо понимал, что я нахожусь на фронте, и стою на правильной стороне. «Теперь я поеду», - сказал я девушке. - «Я должен ехать. Но я всегда буду с вашим народом».

Я задумался над своими словами, уместны ли они. Нет. Она салютовала мне, её лицо стало серьёзным. Я салютовал ей в ответ. Затем я спросил её: «Вы озабочены?», - указывая на колючую проволоку. - «Нет.» - «Не боитесь того, что скрывается за визитом Обамы? Не боитесь, что они попробуют ещё что-нибудь? Не боитесь, что на этот раз у них получится, что они смогут пустить под откос кубинский социализм?» «Не боюсь», - ответила она. Просто. Гордо. Уверенно. Истинная кубинка!

Я вернулся в автомобиль и через несколько минут КПП исчез за поворотом. Старательно я начал чистить свою аппаратуру, словно это оружие. Я удивился, почему у меня вдруг появился комок в горле и запотели очки. «Так Куба всё-таки не рухнет?» «Нет, товарищ», - ответил водитель. - «Это невозможно. Она не имеет права рухнуть». Мы мчались по направлению к Сантьяго-де-Кубе. «Хорошо. Тогда давай споём», - сказал я хриплым голосом. - «Давай споём, чёрт подери!»


Источник: Andre Vltchek visits – Cuba will not fall!, Andre Vltchek, True Publica, May 10, 2016.

Tags: Андре Влчек, История, Куба, СМИ, США, война, демократия, идеи, империя, медицина, нацизм, пропаганда, терроризм, экология
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments