antizoomby (antizoomby) wrote,
antizoomby
antizoomby

Categories:

Эквадор: от неолиберализма XX века до социализма XXI века.


В июньском Foreign Policy in Focus Джош Хокси (Josh Hoxie) опубликовал статью, осветившую принятие Эквадором особенно прогрессивной версии налога на недвижимость. В этой статье он посоветовал американцам «обратить пристальное внимание на эту маленькую южноамериканскую страну», а США - присмотреться к её распределительной политике. Хокси - не первый автор, который рассматривает Эквадор в качестве модели социализма XXI века. В 2012 году Джаяти Гош (Jayati Ghosh) в статье в Guardian назвала Эквадор «самым радикальным и захватывающим местом на Земле» и написала, что «остальная часть мира может многому научиться» на его примере.

Эквадор, возникший как мальчик с плаката политического и экономического левого движения, может удивить читателей тем, что только недавно отказался от старой политической линии в русле неолиберального вашингтонского консенсуса. Эти перемены совпали с первым избранием в президенты Рафаэля Корреа в 2006 году, в результате чего многие аналитики, включая Гош, приписали Корреа поворот налево. Хотя, безусловно, Корреа заслуживает кредита на политику его администрации, не следует упускать из виду, какую роль сыграли в эквадорских переменах сдвиги в международной политической экономике.

Например, у Эквадора появились новые экономические партнёры, среди которых особенно важны Венесуэла и Китай. Как я уже писал в обзоре для Latin American Perspective: торговые сделки, инвестиции и кредиты этих стран предоставили Эквадору новые средства на социальные нужды и новые рычаги для борьбы с западными кредиторами, транснациональными корпорациями и вашингтонскими политиками.

Прежде чем начать тщательное исследование этих процессов, очень важно рассмотреть реформизм Корреа в надлежащем контексте. В первую очередь необходимо отметить, что Корреа – едва ли первый эквадорский президент, который провёл предвыборную кампанию на левой платформе. Например, кандидат в президенты 1996 года Абдала Букарам (Abdalá Bucaram) обещал избирателям, что защитит местную промышленность, расширит социальные пособия и увеличит зарплаты государственным служащим. Во время предвыборной кампании 2002 года Лусио Гутьеррес (Lucio Gutiérrez) тоже завлекал избирателей популистскими обещаниями.

Однако, и Букарам и Гутьеррес, после вступления в должность, быстро начинали проводить политику в русле ортодоксального неолиберализма. Подобные обманы были типичны для латино-американских глав государств во времена вашингтонского консенсуса – неолиберальные реформы были весьма непопулярны среди населения, поэтому кампании против них часто проводились перед выборами. Однако, долги западным кредиторам, отягощённые политическим давлением Вашингтона, не оставляли выбора – только благоприятная для инвестиций политика, выплата долгов и уничтожение социальной помощи.

Эквадор был типичен в этом отношении. С 1980-х страна получила десятки кредитов от вашингтонских транснациональных финансовых учреждений. Условия этих кредитов требовали проводить системные изменения, типа торговых и финансовых либерализаций, сокращений расходов и приватизаций государственных отраслей экономики. Кроме того, Эквадор зависел от США в большинстве иностранных прямых инвестиций и от импортёров из США, у которых в этот период покупалась большая часть экспорта. Долги и экономическая зависимость не оставляли Эквадору даже небольшого шанса на отклонение от линии вашингтонского консенсуса.

Президентская кампания Рафаэля Корреа 2006 года, обещавшая отказаться от вашингтонского консенсуса, не должна была удивить того, кто знаком с обманчивой политикой в Латинской Америке. Удивило то, что он, в отличие от Букарама и Гутьерреса, на самом деле выполнил свои обещания. К великому огорчению Вашингтона администрация Корреа подняла налоги, увеличила масштаб социальной помощи, приняла реформы, регулирующие государственный и частный сектора, и списала большую часть внешних долгов страны.

Вопрос состоит в том, почему Корреа выполнил свои обещания народу, а многие его предшественники изменили своему слову? Сторонники Корреа говорят, что, по сравнению с другими президентами Эквадора, он уникален с точки зрения храбрости при отстаивании своих убеждений. Однако, одной только храбростью вряд ли можно одолеть транснациональный капитал. Более вероятное объяснение учитывает появление новых экономических партнёров, которые помогли успешно сократить зависимость Эквадора от США, позволив стране проводить политику, которая расходится с желаниями Вашингтона.

В частности, важное значение имеют новые торговые сделки, инвестиции и кредиты Китая и Венесуэлы. С 2011 года Китай предоставил Эквадору несколько миллиардов долларов инвестиций и кредитов, одновременно обогнав США по объёмам закупок эквадорской нефти, главного экспортного продукта страны. Дополнительные инвестиции и кредиты поступали из Венесуэлы, которая также помогла Эквадору улучшить очистку нефти. С помощью новых партнёров Эквадор разнообразил источники своих кредитов, сократил торговую зависимость от США, усилив свои позиции на переговорах с западными кредиторами и ослабив политическое влияние Вашингтона.

Новые эквадорские рычаги в общении с кредиторами и в достижении политической независимости – очевидное достижение администрации Корреа. Страна отказалась от вашингтонского консенсуса, подняв налоги и увеличив масштаб социальной помощи, и договорилась с западными кредиторами о выгодных условиях выплаты долгов. А также она продемонстрировала политическую независимость от Вашингтона такими неэкономическими действиями как окончание арендного договора на авиабазу Мальта и предоставление дипломатического убежища Джулиану Ассанжу.

Но всё ещё остаются вопросы о стабильности нового политического подхода Эквадора. Страна всё ещё зависит от экспорта нефти, который влияет на её экономику из-за скачков цен на нефть и, в конечном счёте, ведёт к истощению ресурсов. Эквадор всё ещё зависит от иностранных кредиторов. Долги Китаю и Венесуэле могут привести к угрозе политической независимости страны, как это случилось с американскими кредиторами во времена вашингтонского консенсуса. Это усугубляется вероятным отчуждением западных кредиторов из-за независимой позиции Эквадора.

Ключевая задача Эквадора на пути развития – поиск стабильного и независимого пути. Для этого страна должна разносторонне развивать свою национальную экономику вне добывающей промышленности, от которой она зависит. Несмотря на очевидную прогрессивность администрации Корреа, она не приложила достаточно усилий для достижения этого. И новое партнёрство с Китаем не слишком помогает этому, так как большинство китайских инвестиций и кредитов направлено в нефтяной сектор.

Эквадор – действительно захватывающая для наблюдателей страна, поскольку её динамичный президент открывает новые земли в океане изменяющейся международной политической экономики. В будущем, если администрация Корреа приложит достаточно усилий и найдёт стабильный и независимый путь развития, Эквадор сможет стать отличной моделью для постнеолиберального успеха.


Источник: How Ecuador Transitioned From 20th Century Neoliberalism to 21st Century Socialism, Jonas Gamso, Truthout, July 01, 2015.

Tags: Венесуэла, Китай, США, Эквадор, банки, идеи, империя, неолиберализм
Subscribe

  • Необходимость ликвидации США.

    26 февраля я побеседовал с Аджамой Баракой. Барака - ветеран массовых общественных организаций, чьи корни уходят в Движение чёрного освобождения,…

  • Ноам Хомский о военной угрозе.

    Современные события разворачиваются быстрыми темпами. Сталкиваясь с тревожной эскалацией по всему миру, мы надеемся, что наши самые уважаемые и…

  • Капитализм и экологический кризис.

    Последствия наводнения 2021 года в Бельгии. Я много говорю о разрушении нашей окружающей среды глобальной системой, в которой человеческое…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments