antizoomby (antizoomby) wrote,
antizoomby
antizoomby

Categories:

Проблема американского «мы».


Америка сталкивается с серьёзной проблемой «Мы». Например, «почему мы должны платить за них?»
Вопрос задаётся повсеместно. Он лежит в основе споров по поводу продления выплаты пособий для долгосрочных безработных и предоставления продовольственных талонов для бедных.
Он возникает при сопротивлении некоторых молодых и здоровых людей, которых принуждают покупать медицинскую страховку, чтобы помочь заплатить людям, которые уже болеют.

Этот вопрос можно услышать от жителей престижных районов, которые не хотят отдавать свои налоговые доллары на помощь бедным районам поблизости.
Местоимения «мы» и «они» - наиболее важны для всех политических речей. Они разграничивают тех, кто находится в сфере взаимной ответственности от всех остальных. Тот, кто находится в пределах этой сферы – один из «нас», он член нашей семьи, нашего сообщества, он наш друг; и если он нуждается, он заслуживает помощи. Но нуждающиеся люди за пределами этой сферы – «они»; предполагается, что они не заслуживают помощи, пока не будет доказано обратное.

Центральный политический вопрос, который стоит перед каждой нацией или группой: где проходит граница этой сферы взаимной ответственности.
Почему в последние годы так много представителей среднего и богатого класса Америки сузили границы?
Например, средний класс и богатые граждане Ист-Батон-Руж (Луизина) пытаются отделиться от школьного округа, в котором они сейчас состоят вместе с бедными горожанами, и организуют свой собственный округ, который будет финансироваться с помощью налогов с их дорогой недвижимости.

Аналогичные усилия предпринимаются в Мемфисе, Атланте и Далласе. За последние два года два богатых пригорода Бирмингема (Алабама) покинули окружную школьную систему, чтобы организовать свой собственный округ.
В других местах престижные школьные округа голосуют против государственных планов увеличения налогов для обеспечения деньгами бедных районов, как недавно они сделали в Колорадо.
«Почему мы должны платить за них?» - эхом разносится по таким богатым районам, как округ Окленд (Мичиган), который граничит с опустошёнными бедными районами Детройта.

«Сейчас, совершенно внезапно, у них появились проблемы, и они хотят стать частью ответственного пригорода?» - говорит Л. Брукс Патерсон, руководитель округа Окленд. – «Они не смогут уговорить меня быть хорошим парнем. «Возьмите на себя долю»? Ха-ха».
Но, если бы официальная граница растянулась так, чтобы она охватывала и округ Окленд и город Детройт (в рамках создания региона Большой Детройт) – две области объединились бы в «мы». И более богатые жители округа Окленд разделили бы решение проблем этого региона с остальными жителями.
Что происходит?

Одно из очевидных объяснений касается расы. Детройт – главным образом, негритянский; а округ Окленд – белый. Сепаратисты школьных округов на Юге – почти полностью белые; а районы, которые они покидают – негритянские.
Но расизм существует у нас с самого начала. Хотя южные школьные округа связаны с историей сегрегации, одна лишь раса не может служить объяснением для ситуации по всей стране. По информации Бюро Переписи: две трети американцев, которые находятся ниже черты бедности, в каком-либо смысле считают себя белыми.

Ещё один виновник – усиление экономического стресса, который испытывает большая часть американского среднего класса. Средние доходы падают, и три четверти американцев живут от зарплаты до зарплаты.
Легко быть щедрым и открытым к сфере «мы», когда доходы растут, а перспективы выглядят хорошими, как было в первые 30 лет после Второй мировой войны, когда Америка начала войну с бедностью и расширила гражданские права. Но начиная с конца 1970-х, когда большая часть зарплат выровнялась или сократилась, под действием инфляции, многие оказываются в напряжении, и больше не хотят платить за «них».

Тем не менее, это не объясняет, почему так много богатых американцев тоже возбуждены. Они богаты, как никогда. Конечно, они могут позволить себе большее «мы». Но большинство нынешних богатых категорически отказываются платить даже приблизительную ставку налога, которую платили их богатые предки 40 лет назад.
Возможно, потому что неравенство расширилось и классы затвердели, богатые американцы больше не знают, как живут остальные люди.
Быть богатым в современной Америке означает отсутствие необходимости пересекаться с теми, кто не богат. Эксклюзивные школы, элитные колледжи, частные самолёты, охраняемые резиденции, фешенебельные курорты, симфонические залы, оперные театры, дома отдыха и другие специфические места – изолируют их от толпы.

Богатые американцы всё чаще обитают в другой стране, это «их» страна, и менее удачливые американцы кажутся им в той же степени иностранцами, как и нуждающиеся из других стран.
Первый шаг для расширения сферы «мы» - разрушение барьеров, не только расовых, но и классовых, и географических, и имущественных, которые отталкивают «нас, американцев» всё дальше и дальше друг от друга.


Первоначально опубликовано на Robert Reich’s Web page.

Источник: America’s ‘We’ Problem, Robert Reich, Robert Reich’s Web page, Truthdig, February 15, 2014.

____________ ____________

Tags: США, бедность, идеи, кризис, налоги, нацизм, школы
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments