December 25th, 2018

Я похоронен заживо в мичиганской тюрьме.


Это не преувеличение, я похоронен заживо в мичиганской тюрьме строгого режима Маркетт. Я заперт в клетке без окон, размером 10 на 8 футов, в течение 24 часов в сутки. Через день в течение одного часа мне разрешают делать зарядку и принимать душ в наручниках и с цепью вокруг живота. Мне не разрешают общаться с другими, как и участвовать в образовательных, профессиональных и трудовых программах. Всю еду приносят в клетку. Мне запрещено звонить по телефону. И хотя мне разрешены встречи с родными 1-2 часа в месяц – все они проходят через стеклянную перегородку, и Маркетт находится в 455 милях от моего родного Детройта. У родных и друзей мало возможностей навещать меня. Во всех смыслах, я мёртв, если не считать психозы и отчаяние. Это пытка.

Эти условия продолжаются более семи месяцев, без надежды на избавление. Это жестокое, строгое и безнадёжное одиночное заключение. В постоянной изоляции, день за днём, месяц за месяцем, нет ничего естественного и гуманного. Исследователям и борцам за отмену одиночного заключения давно известно, что даже относительно короткая изоляция, ограничивающая общение и жизненные функции, оказывает вредное, и даже катастрофическое воздействие на психику. В такой ситуации люди часто впадают в психическое оцепенение или «туманное состояние», в котором снижается концентрация внимания и быстрота реакции. Многие мужчины в нашей тюрьме прибегают к членовредительству, некоторые едят собственное мясо.
Collapse )